Хранитель историй

Колокольчик откликнулся еще пару раз и затих. Молодой человек, которому было чуть больше четырнадцати, на секунду замешкался, решая, отозваться на просьбу гостя или остаться в неведенье, отложив неугодный визит на потом. Но излишняя любознательность сделала выбор за него. Вздохнув, он надавил на ручку, потянул дверь на себя и впустил внутрь приятную весеннюю свежесть.

На пороге стоял высокий одутловатый мужчина в потрепанной морской куртке, свободных парусиновых штанах и давно потерявшей былой цвет треуголке.

Смакуя вкус табачного аромата, незнакомец выдохнул в лицо юноше струйку сизого дыма и довольный собой улыбнулся. Бородатое лицо расплылось в стороны, напомнив Рику старую корабельную швабру.

– Мистер Лиджебай Джейсон? – оглядев юношу с ног до головы, уточнил гость.

Имя отца Рика слегка смутило, но вдаваться в излишние расспросы он не стал.

– Простите, мистер, но вы ошиблись. Ли Джейсон был моим родителем. И он, увы, второй год как на небесах…

– Вот и замечательно! – нисколько не огорчился незнакомец.

 – Передавайте ему мой пламенный привет, когда будите ставить свечу за упокой…

Просьба показалась Рику по меньшей мере кощунственной, но он в очередной раз оставил эмоции при себе. Не дожидаясь приглашения, бесцеремонный гость отстранил хозяина дома и важно прошествовал внутрь. По дороге в гостиную, стряхнув с себя дорожную пыль, он несколько раз смачно чихнул, после чего плюхнулся в любимое кресло покойного мистера Джейсона и расслаблено потянулся.

Хруст старых костей разнесся по залу, напомнив треск костра, в который подкинули еловые ветки.

В голове Рика незамедлительно родился образ дворецкого-великана, способного с легкостью циркового силача, выставить невежу за порог. Но к сожалению, выдуманный юношей помощник не мог справиться с реальной проблемой, ворвавшейся в его дом бедственным ураганом.

Тем временем нерадивый гость принялся до отказа набивать трубку табаком, причмокивая и сопя как медведь.

Через секунду он вновь закурил. Рик наблюдал за здоровяком, не решаясь сделать ни единого замечания, которые благополучно копились в его голове. Мистер Лиджебай ненавидел табачный дым и никогда не позволял вредной привычке распространиться по дому – даже близкие друзья не являлись для него исключением. Юноша помнил это правило, но робость перед незнакомцем сковало его невидимыми цепями, заставив промолчать и на этот раз.