Предвестник Бури

Какое бы интригующее предложение вы не сделали, я пожалуй отка…

– Не торопитесь, – остановил его на полуслове собеседник. – Любое решение должно быть взвешенным. Поэтому у вас есть ровно сутки для его принятия. Вот вам мои координаты, – он протянул профессору белоснежную визитку, на которой кроме телефона, в правом верхнем углу, виднелся странный рунический символ вроде переплетенной змеи. И больше ничего, никакой дополнительной информации. – Подумайте. Так сказать – переспите с этой мыслью, а завтра свяжетесь со мной и озвучите свое решение.

Протянув руку, Виктор Иванович взял визитку – чисто из вежливости. И уже собирался попрощаться со странным знакомым, когда заметил на его лице некое беспокойство. Развернувшись на месте, тот кажется, только сейчас понял, что они вышли прямиком к Патриаршим.

– Бывает же такое, – хмыкнул мужчина. – Мы ведь направлялись в сторону Тверской.

Возле пруда было шумно. Московские кварталы страдали пьяной бессонницей. Возле ночных клубов кружили дорогие машины и сияющая блеском молодежь.

А те, чьи скромные средства позволяли лишь баклажку пива и сомнительный закусон, толпились у скамейки. Окружив гитариста, подростки, перейдя на крик, орали песни своих бессмертных кумиров.

– Ну что же, мне пора, – поспешил откланяться профессор.

– Мой водитель может вас отвезти, – предложил мужчина.

– Не стоит беспокоиться, мне недалеко. Немного прогуляюсь по ночному городу.

Короткий летний дождь почти прекратился, и от пруда потянуло приятной прохладой.

Но собеседник продолжил настаивать:

– Поверьте мне, ночь в мегаполисе не лучшее время для прогулок. Особенно после полуночи.

– И что же со мной может случиться? – шуточно изогнув бровь, поинтересовался профессор.

В этот самый момент послышались пьяные возгласы: толи крики, то ли обычное дурачество.

– Может и ничего, но риски лучше минимизировать, – расплывчато ответил Остромысл.

Улыбнувшись, профессор сделал шаг в сторону:

– Я коренной москвич.

И знаете, за семьдесят лет, у меня никто даже не попросили закурить. Уверяю вас, в Белгравии[2 - Один из самых престижных и безопасных районов Лондона] не так безопасно, как на Бронной или Никитской.

Пьяный рев повторился. Но у профессора он вызвали лишь очередную улыбку. А вот его собеседник напротив, напряженно уставился на скамейку, где расположились подвыпившие подростки. Один из них, словно заметив этот взгляд, что-то сказал своим приятелям.