Война внутри

Их запасы синтетического бульона давно должны были иссякнуть. И лопаты больше нет. Без стука он вламывается в дверь. Он был в настоящей драке! Пусть мать об этом знает!

В груде тряпья посреди комнаты сидит неопределённых размеров старуха и жуёт изделие аборигенов из мёда ментоножки. Женя застывает в удивлении. Кажется, ему удалось удивить и свою мать.

– Откуда? – просто спрашивает человек, указывая на медовицу.

– Тебя не было! Что мне было делать? – Мать пытается сказать это грозным голосом, но у неё не выходит.

– Откуда, мама?! – капризно орёт Женя.

– Ну, я знала, что ты рано или поздно погибнешь там. Оставишь меня одну. Так что пришлось прятать понемногу твой металлолом. Чтобы прожить в экстренном случае.

– Ты у меня воровала?! А прятала, наверно, под свой хлам? – Он хватается за голову. – Что ты… Как ты? Жанке продала за бесценок, наверно?!

– Надо лучше обо мне заботиться! – виновато огрызается мать.

Женя хлопает дверью и выбегает на улицу. Ходит взад-вперёд перед домом, пиная периодически стоящий рядом валун.

Постепенно у Жени в голове рождается план. Ничего. Он им всем покажет! Всем отомстит!

Утренний энтузиазм вновь переполняет человека. Теперь он не может дождаться ночи.

Убивая время, Женя бесполезно слоняется по городу. Пустой желудок не даёт ему возможности спокойно осесть в каком-то одном месте. Словно абориген по мусоркам, он шляется повсюду, лишь к вечеру возвращаясь домой.

Женя осторожно заглядывает сквозь одному ему известную щель в комнату. Мать посасывает остатки медовицы, бросая вороватые взгляды на дверь.

Жене всё время кажется, что она способна увидеть его и за ней. От этого сводит и без того пустые кишки. Сколько можно сосать эту чёртову сладость? Она же не вечная.

Через полтора часа (наконец!) мать засыпает. Отлично.

Женя проскальзывает в комнату. Осторожно поддевает палкой тлеющую печь. Это будет её расплатой. Ничего, переживёт. Посмотрим, как ей это понравится! Хотя, конечно, это будет лишь временной мерой. Когда он выкопает мину, купит намного лучшую печь.

Не коптящую так ядом. Он слышал, аборигены даже могут сложить её из камней.

Мужчина выбирается из дома и вываливает угольки на землю. Посыпает содержимое печи песком. На таком холоде она скоро совсем остынет. Женя всё равно не рискует брать её, даже тряпкой. Надёжней продеть палку. Он спешит на площадь к реинкарнатору. Сегодня ноша тяжелее обычного. Возле деревянных раскладок его встречает мусорщик. Тот же или нет, понять сложно.