Культ

– Что-то ценное: обычно это была еда, часть добычи или улова, но наиболее высоко ценилась человеческая жертва, потому что… – Даниил увидел взгляд Ромы и осекся.

– Есть какие-то предложения по этому поводу? – спокойно спросил тот.

Наступила нехорошая тишина.

– Слушайте, это же я просто сказал о том, как было в каменном веке, совершенно необязательно, чтобы… – торопливо заговорил Даниил, но тут Женя неожиданно подскочил и закричал:

– У меня! У меня есть идея! Я знаю, кто будет жертвой!

Глава 6

Ворота, ведущие на огражденную часть бывшей стройплощадки «Лиги», охраняли двое молодых полицейских.

Не то чтобы они так уж много повидали за несколько лет службы, но достаточно для того, чтобы уметь не сочувствовать, не суетиться по пустякам, не удивляться и не беспокоиться или, во всяком случае, не показывать беспокойства. Но сейчас было из-за чего разволноваться. Не каждый вечер такое увидишь. Хорошо еще, что их тут двое. Не так страшно.

– Какая-то нездоровая херня, – пробормотал сержант Ярыгин, глядя в ненастную тьму через покрытое мелкой изморосью окно сторожевого поста.

Ярыгин до службы в армии и работы в полиции успел окончить педагогический институт по специальности «русская филология и культура», а потому обладал воображением, развитым немного более, чем нужно для сотрудника правоохранительных органов.

– Что это такое, как думаешь? – спросил он и передернул плечами.

Старшина Дегтярев, который был старше и мудрее на полтора года, мрачно плюнул на грязный пол сторожевой будки, надел форменную кепку и ответил:

– Это проблемы, Гриша.

Позвони в отдел, пусть помощь пришлют. А я выйду.

Открылась и снова захлопнулась дверь, как рот, жадно хвативший холодного свежего воздуха. Дегтярев, щурясь от ветра, отпер замок на воротах, с усилием приоткрыл одну створку и протиснулся наружу.

За железным забором тугой ветер рвал воздух, толкал в бок, хлестал по глазам, угрожающе выл басом среди черных деревьев близкого леса.

Ураганные порывы накатывались, как волны, со стороны скрытого непроницаемым мраком моря, и казалось, что невидимые канаты сдерживают рвущийся к берегу шквал, который, будто взбесившийся цепной пес, в ярости бросается вперед, натягивая гудящую, как струна, цепь. Со стороны города, из темноты, к воротам медленно двигались огни: около двух десятков, синеватых, белых и желтых, вытянувшихся в две неровные цепочки.