Раубриттер III. Fidem

Гримберт склонен был с этим согласиться. Рыцари, ведшие бой на просторном монастырском подворье, явно не были дилетантами в этом странном поединке. Их машины постоянно находились в движении, подчас демонстрируя удивительную для махин такого класса грацию. Лязгали железные члены, грозно шипела гидравлика, тяжелые стальные ступни вышибали из гранитных плит мелкую крошку вперемешку с искрами.

И в самом деле похоже на танец, подумал Гримберт. Натиск, отход, резкий маневр, поворот… Рыцари обступали друг друга, пытаясь неожиданным маневром поймать противника в невыгодной для него позиции, чтоб разрядить орудие в его единственную уязвимую точку, но выстрела все не было – судя по всему, пилоты почти не уступали друг другу в мастерстве, притом что определенно обладали разным стилем.

Тяжелый штурмовой «Хастум» никогда не создавался для маневренного боя. Как подобает тяжеловесу, созданному в далеких грохочущих кузнях Базеля, нагруженный многими тоннами бронированной стали и неспешный, он не пытался переиграть своего противника в активном маневрировании, понимая, что его силовая установка не создана для подобных нагрузок.

Вместо этого он старался одолеть соперника коротким и резким, как бросок аллигатора, натиском, вынуждая того поспешно разрывать дистанцию и уходить в ожесточенную маневренную оборону.

Эта машина явно знавала времена получше нынешних. Даже с почтительного расстояния Гримберт различал многочисленные вмятины и оспины на ее броне – явственный признак того, что ее владельцу довелось пробовать свои силы не только в новомодном «Шлахтунге» с имитационными снарядами.

Об этом свидетельствовали и бесчисленные памятные сигнумы, нанесенные краской на броню. Гримберт не мог распознать и половины из них, но, если те, что были ему знакомы, не лгали, эта машина участвовала по меньшей мере в десятке Крестовых походов, что само по себе внушало почтение – и к рыцарю и к его доспеху.

– «Ржавый Жнец», – Гримберт прочел горящую на визоре сигнатуру вслух.

 – Чертовски подходящее имя, как по мне.

– Если мне не изменяет зрение, на его доспехе волк в красно-белую клетку, – Шварцрабэ в задумчивости потер узкий подбородок. – Это значит, он из Моравии. Тамошние рыцари славятся как славные рубаки, хоть и тяжелого нрава. Помоги святая пятка его противнику…

Противником «Жнеца» была машина совсем другого класса, и это сразу бросалось в глаза.