Жмот и Жозефина

 – Просто не надо разве дорогу проверять? Там же аномалии могут быть, ловушки всякие …

Жмот не ржал так с тех пор, как пьяный Рубильник в сортире «Тополька» дверную ручку изнутри оторвал и выйти не мог, бедолага. И долго жалобно орал: «Помогите!». Отсмеявшись, полярник поинтересовался:

– Может ещё и гайки перед собой кидать? Вы что, книжек старинных начитались?

Доценты неловко молчали и до Жмота дошло:

– Вы в Поле ни разу не были?! – с ужасом спросил он.

– Понимаете, наша научная группа занимается исследованиями совершенно в другой области, – сказал Паша.

 – И даже обсуждать реалии полевой жизни в нашей среде не принято. Дурной тон. Поэтому, да, возможно у нас несколько беллетрилизованное представление о фактическом ландшафте вне купола.

– Бел–ле–три–ли–зованное, – задумчиво повторил Жмот. – Твою мать. Это надо же.

– Вы хотите сказать, что никаких аномалий не бывает? – сердито спросила Таня.

– Ещё как бывает. «Стыдобушка», например. Или «умничка».

– «Стыдобушка»? – с интересом спросил Саша.

 – А как это?

– А это так, что я чуть не застрелился, когда вспомнил, как в третьем классе у соседа из ящика газету с кроссвордами упёр. Вот такая «стыдобушка». Только никакими гайками её не обнаружишь. Накроет, так накроет. Поэтому ваше дело за мной топать и не возникать.

– Хорошо, – сказал тогда Саша. – Раз такое дело, пошли дальше. Мы совсем не притомились и отдыхать пока не желаем.

– Зато я желаю, – злорадно сказал Жмот. – Вон у тех живописных кустиков сейчас привал сделаем.

Перекусим, а потом я буду спать, а вы меня охранять.

– Мне казалось, – сказала Таня, – это вы нас охранять будете.

– А вот ни хрена! – взвился Жмот. – Я проводник и я вас веду. А для охраны могли спецназовцев десяток прихватить.

– Мы очень не заинтересованы, чтобы подробности экспедиции стали известны силовикам, – сказал Саша.

– Вот и берегите меня как последний рубль перед получкой. Потому что без меня вам сразу капец.

Очень довольный, что поставил доцентов на место, Жмот направился к облюбованным кустикам.

Хорошее место, надо его запомнить. Разломов нет поблизости и ветерком обдувает, газ подземный не застаивается. Какой-то всё же остался неприятный осадок после разговора, что-то в башке у Жмота засело тонкой занозой, но пока не выспится, не станет он в этом разбираться, всё равно толку не будет.

Сбросив на землю тяжёлый рюкзак, Жмот разлёгся на сухой красной глине, ещё прохладной, не согревшейся под утренним солнцем.