Отголоски забытого мира

Мужчина скрылся за дверью на кухню, предоставив парня на несколько минут самому себе. А тем временем веселье в трактире все продолжалось. Никто не обращал внимания на появление мальчишки в питейном заведении, а ведь по неписаным законам деревни молодежь сюда попросту не пускали, разве что очень ненадолго и по неотложным делам. У Оливера было как раз такое, так что он не волновался. Но сейчас оставалось только ждать. От нечего делать юноша облокотился на отполированную поверхность и принялся изучать стоящие напротив стеклянные графины.

Он знал, что внутри хранятся лучшие напитки трактирщика, ведь иначе Сэм не стал бы тратиться на очень дорогую нынче стеклянную тару. Рядом с каждой бутылочкой громоздилась деревянная дощечка с описанием. Ни одного знакомого названия. Да и откуда? Парень ведь ничего кроме медовухи в своей жизни не пробовал. А тут тебе и «Виски сорокалетней выдержки», и «Водка на стрючковом перце», и «Двадцатилетний ром с пряностями». Даже названия придуманы для эстетов. Он и слов-то таких не слышал.

От ближайшего к нему столика начали доноситься знакомые слова, так что Оливер отвлекся от изучения емкостей и весь превратился в слух, украдкой бросив взгляд на говорливых посетителей.

Там обосновались три кожевника, один из которых, судя по всему, только подошел и жаждал услышать последние новости. Мужчина как раз расстегивал кожаную жилетку и поманил к себе официантку Кару. Остальные сидели вразвалку и неспешно потягивали эль из своих кружек.

– Так откуда, ты говоришь, он взялся?

– Говорят, пришел с севера.

Так и сказал, да.

– И что, точно философ?

– А кто его разберет. Сэм говорит, так представился. Имени не сообщил. Уставший был с дороги, зашел выпить лимонада. Сказал, что прибыл издалека.

– Дальше.

– Новости принес безрадостные. Просил всех предупредить. Говорил, что путникам стоит быть осторожнее: возле трактов обосновались разбойники, которые ночью нападают почти без опаски, грабят и все такое.

– Слыхал я подобное, – махнул рукой второй.

 – Знакомый коробейник на днях товары завозил в мастерскую. – Говорит, в Кейптауне что-то странное творится. Люди к семьям не возвращаются. Попросту исчезают. По-моему чушь это все.

– А что твой знакомый говорит на счет наших краев?

– По его словам это лихо бродит пока только в крупных селениях и их окрестностях, так что нам вроде бояться нечего – ближайший город-то вон как далеко.

– И откуда этот философ в курсе? – почесал затылок третий.