В книге

Работа над гаджетом постепенно стирает границы событий между действительностью и вымыслом, в результате чего Гомес находит идеальное место для жизни, и этим местом является будущее: две тысячи сотый, восточное побережье Соединённых Штатов, Монток, дом, песчаный берег, на пляже Баффи. Она буквально теперь всюду. Тони доволен.

Книга лучше реальности, приходит автор к несложной мысли в конце романа, а, закончив, торопится на встречу с Эл (любимой Эл) в аэропорт.

Да, они встретились, но эта встреча лишь подтвердила его догадку: в реальной жизни ему не светит.

Элла чужая, подумал Гомес, зайдя на борт и немало смутившись под приветливым взглядом юной литовки. Их места были рядом: он ближе к проходу, она у окна.

– Должно быть вы русский?

– Нет, это вряд ли, – ответил Тони, – но из РФ. В вашем вопросе скорей гибрид: немного русский, португалец, украинец и англичанин. Меня зовут Тони. Антонио Гомес, – представился Гомес.

– Очень приятно, Алге Виткевич. Гибрид поляка и литовки.

– Польский писатель был такой.

– Больше художник, – заметила Алге. – Покончил с собой в тридцать девятом. Мой дальний родственник, возможно. Точно не знаю.

Да и не надо.

Алге летела в Лиссабон из любопытства.

– Давно хотела, Тони.

– Правда?

– Да, после фильма. Вы, верно, знаете.

– «Ночной поезд до Лиссабона»?

– Точно!

– Красивые виды, книга, интрига…

Она улыбнулась.

Писатель Виткевич, покончил с собой в Украине, спасаясь бегством из оккупированной Польши войсками Вермахта и Красной Армией.

Вот и вся разница, да, Тони? – подумал он. Алге летела в Лиссабон из любопытства, а он бежал. Бежал от русских, как и Виткевич. Интересно: в родном городе Станислава Виткевича Закопане в его могиле похоронен отнюдь не он. Тело другого человека. Тело писателя свободно, как и при жизни. Авантюрист. Он был бы счастлив, надо думать, что так всё вышло.

И снова тело, – вернулся Тони к своей книге. Он умирал там раз пятьсот, утилизируя себя и, как ни странно, оживая в новой реальности.

Прекрасно. Прекрасно, Тони.

– Что вы сказали? – Алге Виткевич словно читала его мысли.

– Так, ничего.

– Хотите виски?

– Хочу, наверно, а мы где?

– Летим над Польшей, полагаю. Мы в самолёте, вы в порядке?

– Не знаю, Эл, что-то не так.

Алге смутилась. Какой-то чокнутый попался. Вот и летай теперь, подруга, из любопытства, блядь, «Е-классом».

На самом деле они летели над югом Франции и приближались к Средиземному морю. Ещё немного и Лиссабон.