Хранители памяти

Представители наций стояли, глядя на бывшего Главного Координатора армии и легендарного героя.

«Я вернулся! – подумал Эстабат, кивая генералам и вождям. – Если предатели находятся здесь, они должны дрогнуть, опасаясь расплаты. Кто в панике? Фритт прячет глаза. Тапт покрылся красными пятнами. И тот, и другой снобы и брюзги, ни разу не участвовали в сражениях. Я никогда не был с ними дружен… Гросс излишне взволнован. Впрочем, Гросс и в детстве часто проявлял нервозность».

Остановив взгляд на одном из присутствующих, адмирал подумал: «Очень ответственный момент.

Сфальшивить нельзя».

– Золтан? – произнёс он.

– Да, это я, адмирал.

Чрезвычайный легат Золтан подошёл к генератору.

– Приветствую тебя, учитель! – медленно произнёс Эстабат. – Рад встрече.

– Я тоже рад, адмирал.

– Ты входишь в состав комиссии?

– Я возглавляю экспедицию, – ответил Золтан. – Приказ императора, особые полномочия.

– Мои родители… – проговорил адмирал. – Они живы?

– Да, конечно, живы, – ответил Золтан.

– Где Вивьева и Строби?

– Вивьева погибла.

Я сожалею. Твой сын Стратилион жив и является Главным Координатором армии.

– Мой сын – Главный Координатор? Похвально. Он здесь?

– Нет. Он выполняет задание императора. Защита звёздного содружества прежде всего.

– Я тоже так считаю. Надеюсь, я погиб достойно?

– Да, адмирал.

– Почему погибла Вивьева? Как это случилось? Хотя, подожди. Я начинаю вспоминать.

Эстабат опустил голову и замолчал. Наступила напряжённая тишина.

– Дым и выстрелы, – наконец сказал он.

– Да, адмирал.

– Шлюзовая палуба… Моя яхта «Клеония».

– Да.

– Мы совершали перелёт от Элонга к Ахав. Я не взял базу сопровождения, посчитав перелёт безопасным. К тому же, штурмовики семьсот первой дивизии давно не были дома. Я разрешил им отдыхать до особого распоряжения. Всё верно?

– Да, – ответил Золтан.

Эстабат вздохнул и сказал:

– Я вспомнил. Тяжело возвращаться к этому событию, но, если необходимо…

Кемн терпеливо ждал.

– Генератор усовершенствовали? – спросил Эстабат.

 – Удалось увеличить время от щелчка до наступления критической полосы?

– Нет, к сожалению. Попытки улучшить модель не увенчались успехом. С наступлением критической полосы твоя память начнёт распадаться.

– Плохо! Кто я в этой жизни? Надеюсь, я имею внушительный вес в обществе?

Золтан перевёл взгляд на Гросса. Тот заговорил скороговоркой, словно произносил заученную речь:

– Ты, дядя, житель планеты Земля Всеслав Алексеевич Шадрин.