Защитить амазонок

Вроде, он неплохой парень, Руслан-то?

– Хороший парень, – ответил Вадим. – Надёжный: смелый, сообразительный. Ещё весёлый. С таким другом даже в тайге заплутать не страшно.

Мама тяжело вздохнула.

– Придётся сегодня поговорить с отцом. Надеялась я, что старушка-ворожея ошиблась, держала её последние слова в тайне. Теперь даже не знаю, как к отцу подступиться, чтобы не причинить ему боль.

– Он не дома?

– Не дома. Ушёл в большой магазин. Успеет ли вернуться? Старушка про это ничего не говорила… Как выглядит твоя невеста?

– Кто? – удивился Вадим.

– Та девушка, с которой ты жить будешь. Та, которая ради тебя на любые жертвы пойдёт. Тебе уже известно, что она царевна?

– Царевна?

– Да, сынок, самая настоящая царевна. Не обижай её, оберегай. Не каждому выпадает счастье иметь такую жену. Можешь ей во всём доверять как самому себе. Ты уже встретил эту девушку?

– Даже не знаю, что ответить… Может быть, ты говоришь про Гернику… Герника – это солнце на нашем языке. Солнышко.

– Солнышко? Это хорошо.

– Красивая девушка…

– Молодые все красивые, сынок.

– В принципе, верно. Высокая, стройная…

– Статная.

– Да. Русые волосы. Глаза тёмно-синего цвета. Добрая, умная девушка.

– Хорошо, что добрая да умная. Не красится?

– Нет.

– Тоже хорошо. Надолго свою природную красоту сохранит. Не курит, надеюсь?

– Не курит, это я точно знаю.

– Очень хорошо. У здоровой мамы будут здоровые дети. Старушка не сказала, увидим ли мы с отцом ваших деток.

Она замолчала, прикладывая платок к щекам.

– Не верила я, что ты уйдёшь, – вскоре сказала она дрожащим голосом. – Разве такое бывает? Оказывается, бывает. Ох, горюшко! Сердце кровью обливается!

Она закрыла лицо платком и заплакала.

– Мама, мамочка, – заговорил Вадим, поглаживая её по спине. – Не расстраивайся. Может быть, я смогу вернуться. В одну дверь вошёл, из другой выйду.

– Не выйдешь, – с горечью произнесла она.

– В степь мы попали, мама. К амазонкам.

– Боже ты мой! Про девушку-царевну было сказано, а про то, что она амазонка, речи не было. Амазонки, насколько я знаю, жестокие женщины.

– Возможно, жестокие. Жизнь у них такая, мама: сами себя защищают…

– Теперь вы их защищайте, раз уж так вышло.

– Пока я точно не знаю, нуждаются ли они в нашей помощи. Будут нуждаться – поможем.