Аджимушкай. Красные звезды в каменном небе. Роман. Том 1

Тут земля с небом смешалась, что ты там видишь, Петро?

– Голову подними выше…. Прямо перед тобой! – указывает Мишустин, – Теперь по этим белым колоннам дыма их видно, откуда бьют! «Ишаки» сразу заметны… Эх туда бы сейчас ударить артиллерией, накрыть их разом и все… А у нас граната за пазухой и нож в рукаве! И злость в груде кипучая… Вот и весь сказ!

– Неважно где они и сколько их, и чем вооружены! Красную Армию это никогда не останавливало. По всем ударим. И без пушек! Никто не уйдет, – уверенно и спокойно произносит Белов, – всему свой срок! Мы еще тут фрица хорошо покружим.

В аджимушкайском вальсе… До обморочного состояния!

– Да, места тут располагают, – рассуждает Ефремов, – все является не так, как на самом деле! Вот у нас в Узбекистане, горы так они и есть горы, пустыня она и есть пустыня, солнце, песок… все понятно! Даже миражи и те своей природы не нарушают! А тут, вроде степь самая спокойная, умиротворяющая… а под ней, шаг оступись и провалишься в целое подземное царство непредсказуемое.

Идешь по ровной земле, а тут раз – и все кончается! Два моря тебя сразу обступают с пронизывающими ветрами… На край обрыва встал, ступил не так – все, оползень… Просто не местность, а сплошная древняя магия!

– А что плохого? Так даже, намного интересней, – улыбается Мишустин, – когда не знаешь…

Сокрушающий взрыв рядом разбрасывает как щепки, впереди каменный выступ, пригнувшихся людей, вещи и оружие само пространство сумасшедшее смешивается нелепую абсурдную растресканную мозаику… Все проваливается в темный медленно вращающийся омут.

Где нет ничего и никого, лишь единое слепое засасывающее полотно.

Лейтенант Ефремов силится подняться и неуклюже валится куда-то вбок… Ему кажется что все перевернулось – серый купол неба внизу, а он как паук сидит на какой-то поверхности как на потолке, теперь вверху? Полная нелепица. Ничего не узнать. Голову и все окружающее пронзает звенящий металлический звук, будто сверло яростно выжигает мозг… При малейшем движении все кругом качается, готовое опрокинуться окончательно в жуткую ждущую пропасть.

И потому лейтенант невольно цепенеет… Напряженно вращая зрачками вокруг.

Рядом мелькают смутные тени, все оплывает, утрачивая форму и перетекает одно в другое, и несется неведомо куда… Сколько времени так проходит, неизвестно.

Ефремов потерянно смотрит перед собой, как вдруг из пляшущего хаоса вырастает фигура Мишустина.