Аджимушкай. Красные звезды в каменном небе. Роман. Том 1

Не отличишь! А по сути – привлекательный надутый шарик, пустышка… Игра воображения и чехарда мыслей, вылившихся в красочные формы!

А ты что там строчишь, Вера? Никак Колькин сон записываешь? Для стенгазеты! Забавное будет чтиво… народ встряхнуть!

– Спасибо Федор Михайлович, как говорится, – театрально чуть кланяется Велигонов, – на добром слове! Вот и доверяй вам секреты…

– А ты не дуйся, беглец ты наш дорогой… – смеется Золкин, – Уж сильно ты нервный стал в последнее время! Шучу я… Так над чем ты там трудишься, товарищ фельдшер?

– Письмо пишу маме пишу, в Инзу, открыткой хочу отправить… В стихах получается! Сама удивляюсь… Я же говорю, что-то начинает происходить с нами со всеми!

– В стихах? – удивляется Велигонов, – ну ты даешь! Так ты у нас еще и поэтесса? А чего раньше молчала? Почитала бы хоть что-нибудь… Интересно же!

– Да я толком не сочиняла ничего серьезно! Так в школе было чуть-чуть… Сумбурно все, до настоящих стихов далеко.

– Не прибедняйся! – поддерживает Золкин, – Дело не в форме, а в силе и искренности! Когда все от сердца и души идет – такое народ понимает, верит этому и прославляет в веках! А ты врать не умеешь! Так что пиши, и про нас не забудь! Сотвори поэму про славные деяния 65-го железнодорожного батальона! Опиши наш непростой боевой путь!

– Да-да… Напиши про наши ратные подвиги, – предлагает Велигонов, – как завалы разбираем, рельсы кладем, мешки таскаем… Просто героический эпос! Достойный внимания потомков!

– Ну, Колька, ты у меня договоришься на пару суток ареста! – грозит Золкин, – что же эта за напасть такая сегодня? Весь как ужаленный скачешь, точно твоя муха тебя укусила, и не одна!

– Она нас всех покусала, муха инертности и сна, – с мрачной иронией произносит Велигонов, – и пора бы уже всем пробудиться!

– А это что? – неожиданно спрашивает Иевлева, указывая на движущееся облако пыли на привокзальной улочке, – К нам что ли кто-то летит? На всех парах?

– Похоже… – всматривается Велигонов, – Видимо что-то изменится, бог Марс услышал мои молитвы! И мы выступаем на передовую!

– Как же! – хмуро ворчит Золкин, – надейся… И вообще никаких богов нет и не было никогда! Все это больное воображение человека.