Аджимушкай. Красные звезды в каменном небе. Роман. Том 3

Как дети, неуемные в своих фантазиях… Вот что может случиться с вполне нормальным здравым человеком, и не просто человеком, а бойцом Красной Армии!

– Примерно. Понял. Враг не только снаружи, он и внутри подкрадывается… Как хорошо обученный и замаскированный диверсант. И он гораздо опаснее противника внешнего. Мы сами себя уничтожим, если поддадимся слабости. Нужно беседовать с людьми, проводить собрания, объяснять ситуацию, и не допускать больше такого… Это хуже немецкой бомбы!

– Боюсь, что словом и внушением здесь не поможешь! – качает головой Иевлева, – Тут другие механизмы работают… Нами до конца не изученные! И пока не совсем постижимые.

Они рядом с нами, стоят за спиной… Их дыхание вполне ощутимо. И взгляд их во тьме мы все явно чувствуем, огненный, прожигающий… Чего они от нас хотят?

– Ерунда! Мистика это все поповская! – морщится комиссар Исаков, – Воля человека – это основа всего! Она победит все – Камень, Огонь, Голод, Мрак, Холод и фашистское зверье… Она горы сдвинет и преобразит весь мир! Помните «Данко» Горького? Если надо, мы все сердца вырвем и поведем людей к Свету! Я благодарен этому Подземелью… Только здесь я почувствовал такую силу неимоверную в себе, какую раньше и представить не мог! Вот в это я верю! В мощь человека, которая раскрылась под давлением невзгод и вырвалась как сокрушительный ураган! Нельзя поддаваться мраку – никакому! Ни наверху, ни тем более, тому, что как яд змеиный сочится изнутри.

Мы должны, обязаны Победить – все это, что вокруг нас и в нас! Это Испытание. На прочность, на совесть, на любовь… И мы его пройдем! Чего бы это нам не стоило. Победа будем за нами! Только так…

– Что мы победим, никто не сомневается, – задумчиво произносит Левицкий, – только сколько еще крови пролить придется! И представить страшно… Кто гибнет, у кого судьбы ломаются… Кто близких потерял, что и похуже собственной смерти будет. Война – ужасная вещь! Может, когда-нибудь этого больше не станет.

– Как тайфун черный несется горе… Все выжигает до основания! – вздыхает Вера, – Села опустели, город вон весь сгорел. Везде огонь с кровью смешанный пляшет. И кажется, конца и края, этой дикой вакханалии нет…

– Что с ними будет? – неожиданно спрашивает Исаков, кивая на больных, – Их можно вылечить?

– Единичные случаи, а в целом, я думаю, нет, – печально опускает глаза Иевлева, – тут специализированная терапия нужна.