Аджимушкай. Красные звезды в каменном небе. Роман. Том 3

Мы уже не одни… Пока он светит во тьме этой непробиваемо беспредельной, надежда всегда есть!

– Пламя – это наша стихия! Родная… Это и знамя революции, и порыв свободы, и непреклонный дух равенства… Мы все рождены из Огня, дети его, и будем пылать вечно! Такова наша судьба… Значит вы здесь из разных частей оружие собираете? Как вы умудряетесь, из этой груды металлолома, что-то пригодное делать? – оглядывает Парахин кучи разбросанного железа, так посмотреть, так все уже в безнадежном состоянии… Мусор один!

– Это так кажется! Мы как врачи, Иван Павлович, реанимируем искалеченное оружие.

Вправляем, ампутируем, протезируем, заживляем, новые технологии внедряем, – улыбается Фоминых, вытирая копоть с лица, – Весь комплекс оказания первичной медицинской помощи. И санаторный курс вон в тех ящичках, до первого боя.

– Или мы как Иисус, воскрешаем из мертвых, и возвращаем погибшее Железо к новой жизни, – неожиданно из темноты раздается знакомый насмешливый голос, – чудо Веры так сказать… Подземное.

Самое реальное, какое может быть!

– Чудес у нас хватает, – откликается Фоминых, – Чего только не случается, каждый день! Но самое главное, что мы живы в этой преисподней, и сражаемся, вот это самое поразительное и есть…

– Горошко? И ты здесь? – восклицает Парахин, – Каким ветром катакомб тебя сюда задуло?

– Я везде… В облаке дыма и серы появляюсь, как Мефистофель, – улыбается политрук, – особенно там где не ждут!

– Как же помню, как ты первый раз красиво нарисовался, – подыгрывает Парахин, – вот уж действительно нас огорошил! И фамилия у тебя под стать… Не удивлюсь если ты через пять минут еще где-нибудь окажешься, у Панова за спиной, к примеру!

– «А як же?» – как сказал бы наш дорогой Аркадий Павлович, – смеется политрук, – «Що за диво? Що це таке? Що за парубок з чортового царства з'явився? Ну и справи!»

– Так ты чего здесь, начальник водоснабжения гарнизона? – напускает строгость Парахин, – Прогуляться решил? Заняться нечем? Решил с железяками повозиться?

– Так он у нас главный! – отвечает за товарища Фоминых, – Без него тут все встанет.

Он – центральная ось, вокруг которой все вращается! С его то, руками и поистине с дьявольски изобретательным умом! Чего угодно придумать можно.

– А что вода? Плещется себе по колодцам. Никуда теперь не денется… Там все под контролем, и помощники справляются, – пожимает плечами Горошко, – А я вот еще себе применение нашел.