Аджимушкай. Красные звезды в каменном небе. Том 2

По отношению к себе!

– Так что это было? – внимательно смотрит на друзей Чернышов, – Версии есть, братва?

– Поживем, увидим… Нам тут долго еще обитать! – напряженно глядит в колыхающуюся темноту Волошенюк, – Это не первая и не последняя встреча… Он еще к нам явится, я уверен! Только вот в какой форме и с какими намерениями?

Глава 7

В глухих мрачных низких извилистых дальних штольнях два солдата, увешанные бутылками и фляжками, припадая губами то к стене, то к потолку, высасывают воду из камня и сплевывают в принесенную тару.

– Сколько у тебя набралось, Петро? – спрашивает товарища лейтенант Ефремов.

– Полфляжки… – гулко отзывается Мишустин.

– Уже час прошел!

– Ничего к вечеру наберем достаточно. Раненым точно хватит.

– Губы трескаются! – облизывает кровь Ефремов, – Скалы острые оказались на вкус! Так и режет, будто бритвой…

– Я вроде привык, только горло жжет от каменной крошки… Наелся известняка до конца жизни, – гремит тарой Мишустин, – От одного запаха буду шарахаться.

– Так живешь и не замечаешь, насколько вода важна. Еда черт с ней,

Можно перетерпеть. А без воды дуреешь… Натурально. Бред начинается, даже видения всякие. Будто проваливаешься в темную пропасть, безысходную… Все заканчивается!

– Прорвемся! Скоро к Соленому колодцу ход пробьем. Жизнь наладится.

– Фашиста хочу поймать, сюда затолкать в катакомбы, – в сердцах заявляет Ефремов, – чтоб понял гад, как это ползать здесь… в холоде, в темноте без еды и воды, вообще без каких- либо средств к существованию! Поменять местами.

– Это точно, – горячо поддерживает Мишустин, – всех крыс надо вернуть в их норы. Чтоб не мешали всем нормальным людям жить.

– Странное это место…

– Именно это? Что с ним не так?

– Нет, сами каменоломни.

– В каком смысле?

– Что-то тут есть… – озирается Ефремов, – Непонятное, Живое какое-то. Особенно здесь чувствуется, в отдаленной дикой части.

– Да брось ты… Жутковато бывает, да.

– Я тоже так раньше думал! А нынче словно почувствовал что-то… Они будто человек. Кажется, что кто-то говорит с тобой. Или смотрит пристально насквозь, мысли твои читает, сам пытается что-то сказать.

– Это у тебя, Коля, с голодухи, недосыпа да жажды, чудится всякое! У многих подобные настроения. Некоторые даже всяких химер, чудищ в тоннелях видеть стали. И говорить с ними.