Кара Булганака. Роман

У Вас как дела, Олег Андрианович?

– Да вот пришли с супругой, шприцы прокипятить да прочий инструмент обработать, – улыбается Макогон, – мы теперь с кухней соседи, наш медблок рядом, за углом, пара поворотов… Так что все при деле!

– Все правильно. Иначе нельзя, – оглядывается вокруг комиссар, – У нас тут условия особые. Чуть расслабился – сразу капут! В этой темноте бездны каменной, всегда нужно быть начеку…

– Какие все-таки варианты нашего ближайшего будущего есть? – спрашивает Галина, укладывая готовые шприцы в медицинскую биксу, – Долго же здесь нельзя находиться! Каменный мешок, изоляция полная.

Мы здесь отрезаны от всего и всех… Что думают командиры?

– Вариантов может быть два… или больше, – поясняет Кагин, – пробиваться к партизанам в Крымские леса, либо на соединение с какой-то более крупной воинской частью, подобной нам, попавшей в окружение. Выйти с боями к побережью, и уйти через Азовское море. Или оставаться здесь, наносить удары по врагу и ждать возвращения нашей армии.

Что более разумно и надежно.

– А какова гарантия скорейшего прихода наших войск? – спрашивает Макогон, опуская в кипящую воду хирургическую сталь, – То, что мы видели, весь этот разверзшийся Ад, то, что творилось и продолжает твориться вокруг – внушает очень нерадостные мысли. Армии разбиты, фронт уничтожен… Повсюду полный хаос и огромные потери в живой силе!

– Гарантий нет. Но есть объективная обстановка, – твердо произносит политрук, – фашистов остановят, если уже не остановили… Такой бег по степи нацистская собака не выдержит! Выдохнется и ослабнет.

А дальше будет мощное контрнаступление, и мы наконец-то погоним эту свору палачей вон из Крыма. Немцы измотаны боями не хуже нас. Кто-то бежал, а кто-то яростно сопротивлялся фашистским ордам. У фрицев тоже потери немалые, взять конкретно нашу батарею, сколько мы их за эти дни перемололи! И их наступающие части тоже порядком потрепанные, еще до всех этих событий. По данным разведки, у них большой недокомплект в дивизиях был. Моральный упадок. Усталость от изнурительных позиционных боев… Так что их успех временный, можно сказать случайный. Скоро мы ответим и ответим очень мощно и грозно! Недолго им осталось здесь гулять….

– Еще мой дед говорил, – подкладывает в печь дрова Гагуа, – нельзя чужое забирать – больше отдашь, все потеряешь и сам погибнешь… А эти фашисты – хуже зверей! Один прах и пепел за собой оставляют, кровь и могилы.