Кара Булганака. Роман

Просто и сокрушающее!

– Забавно, – улыбается Елкин, – нашему комиссару только в разведке служить!

– Нет, Валериан Сафронович нам самим нужен, – любуется происходящим Егоркин, – он из нашего дивизиона скоро спецподразделение сделает! Вот талант раньше не замечали…

– Не был востребован, – улыбается Светлосанов, – вот так в крайне тяжелых ситуациях, все грани человека и раскрываются!

Жизнь – сложная штука, ее так сразу не просчитаешь… Может, в этом и есть ее прелесть.

– Тяни на себя! – продолжает Гогитидзе, – Поворот, теперь опрокидывай, резче!

Ты что делаешь? Нож – это не посторонний предмет, он часть и продолжение твоей руки! Движение плавное и естественное… Слейся с ним! Почувствуй его!

– Ну, Валериан, просто профессор! – восхищенно смеется Светлосанов, – Загляденье, красавчик, джигит! Надо будет тоже сходить к нему на урок…

– Этот удар хлесткий и быстрый, как кнутом бьешь! – учит Гогитидзе, горячо воодушевляясь, – Помни, самые уязвимые места – глаза, переносица – она ломается даже от легкого давления, горло – кадык, и пах…

А теперь смотри, если перед тобой три противника оказались – секунды смотришь, оцениваешь, выбиваешь сначала самого главного, вожака! Потом мешаешь остальным, путаешь их… Вот так уходишь с линии атаки, здесь у тебя уже преимущество, а отсюда можно делать с врагом все что угодно! Уяснили? Показываю еще раз…

– Замечательно! – восклицает Елкин, – Так мы из зенитчиков настоящими диверсантами станем… Фриц волком на луну завоет от наших вылазок! А вон Борька старается!

В другом отсеке, рядом, сержант Устрицкий, выстроив десять человек, демонстрирует тонкости обращения с винтовкой в рукопашном бою.

– Штык выше держи! – распаляется Устрицкий, – Хват шире, а то у тебя винтовка наткнется на блокирующий упор и кувыркнешься вместе с ней! Или просто из рук вылетит.