Тибет, или Изумрудная Чаша Патриарха

События последнего дня, когда ситуация резко меняла направление от отчаяния к надежде, измотали Виктора и заставили его быть готовым ко всему. Тем временем молитва Лопена казалась бесконечной… Неожиданно Лопен снова заговорил по-русски.

– Теперь, европеец, твоя судьба в руках Будды. Куда бы ты ни шёл, он будет с тобой. Путь в Пещеру Ринпоче открыт. Но помни: ты никому не должен говорить о моей услуге. Прощай…

…Наваждение схлынуло. Виктор сидел у большой скалы. Перед ним внизу простирался тропический лес, а где-то вверху, упираясь в облака, манили своей неизведанностью исполинские Гималаи.

Глава 1

Пещера Ринпоче

Горизонт терялся в густоте тропического леса. Но когда деревья расступались, перед глазами снова и снова появлялась величественная гора. Пирамидообразная, усыпанная бамбуковыми рощами, с отдельными вкраплениями лиан и эпифитов, возвышающаяся над остальными горами округи, она словно звала к себе, но опять пропадала из виду, как только перед Виктором смыкалась очередная гряда лесных зарослей.

Эта игра в прятки продолжалась уже полдня. Иногда лес сильно напоминал родной, карпатский, вот только тревожно кричащие обезьяны ни на минуту не позволяли забыть Лаврову, что он в Гималаях, пробирается по малохоженной тропе с вечно отстающими проводниками-носильщиками.

Обезьяны, оставаясь невидимыми, всегда кричат при появлении в лесу людей. Их тревожные крики подхватывают сородичи, находящиеся подальше, и так этот дикий хохот с воплями, похожими на крики сказочных существ из какого-нибудь «фентези», расходится волнами, будто круги на пруду, когда его гладкую поверхность потревожит вспугнутая лягушка.

Выйдя на очередную поляну с прогалиной, Лавров остановился, чтобы полюбоваться видами вожделенной горы Ринпоче и немного передохнуть. Костюм сафари на нём потемнел от пота. Когда тебе «за сорок», к высокогорью привыкаешь быстро и безболезненно, но вот спускаться с горы по лесной тропе равнинному жителю трудно в любом возрасте. Виктор оглянулся назад: «Ну, где они там?»

Проводниками Виктора были невысокие смуглокожие бутанцы, одетые в национальные халаты, гольфы и ботинки для туризма – удивительная безвкусица, но в этих краях не до модных тенденций.

Оба были лет на пятнадцать моложе украинца.

– Такое впечатление, что это я у вас проводник, – улыбнулся Виктор спустившимся вслед за ним молодым бутанцам.

Бутанцы вели с собой мулов, незаменимых спутников в походах по труднодоступной горной местности.