Главная роль

Ещё бы подушку, простыню и одеяло до полного комплекта.

– Ты говоришь по-немецки? – обратился я к мулатке.

– Я, я, герр Алекс, я уже десять лет служу у пастора Людвига. Он научил меня.

– Тогда принеси мне постельные принадлежности.

Моя просьба поставила е? в тупик, она даже развела руками, показывая своё недоумение.

Я стал показывать жестами, что мне нужно, потому что сам забыл, как будет по-немецки «наволочка» и «простыня». Магдалена глупо смотрела на меня, потом, видимо, поняла и выбежала на улицу.

А я тем временем прилёг на кровать и чувствую: вс?, засыпаю.

Спал я недолго, кто-то стал аккуратно трясти меня за плечо. Открываю глаза: вот это да! Передо мной стояла совершенно голая Магдалена, на губах красная краска, на щеках румяны, к волосам приколот большой красный цветок. Она загадочно улыбалась белозубой улыбкой и всем видом показывала жгучее желание отдаться мне прямо сейчас. Она томно простонала, присела на кровать и стала нежно гладить мои волосы:

– Герр Алекс, – начала она ласково, – белых женщин в деревне нет.

Но я тоже красивая, – вдруг сказала она с вызовом, – посмотрите! – Магдалена выгнулась вперёд и подняла руки вверх, чтобы я лучше смог разглядеть е? грудь, – видите: я лучше белых! – Она явно собой гордилась. – И, пожалуйста, не называйте меня «Магдалена», меня зовут Ма-Фи, по-нашему – это «красный цветок», вот такой как у меня в волосах, – она кокетливо покачала головкой, – правда, очень красивый?

На счёт всех белых женщин не скажу, но что она была красивее многих – это факт! Да что там многих, большинства! Но сейчас она в мои планы не входила никак, я просто вырубался как хотел спать, и смотрел на все е? прелести одним затуманенным глазом.

Красавица поняла, что сейчас я ни на что не способен, кинула на меня презрительный взгляд и недовольно процедила:

– Об этом я с вами поговорю завтра.

Тут меня осенило, и я засмеялся:

– Ма-Фи, ты очень красивая девушка, правда, – я погладил е? по смуглой спине, кожа такая нежная, как бархат, – но я хотел белую простыню, а не белую женщину!

Она резко развернулась ко мне:

– Вы, что думаете, я – глупая дикарка? Я прекрасно поняла, что вам нужно! – если хотите, то можете забрать свою постель, – и показала рукой в угол.

Затем встала, повертелась передо мной поправляя волосы и хвастаясь своей прекрасной фигурой, но тут видимо вспомнила, что она для меня служанка, а не жена, и уже примирительно, – вам скоро нужно идти к вождю, я помогу вам собраться.