Проект «Белый Слон»

–Ох! Нет! – Жанна вздрогнула всем телом, как от удара в живот, – а я ещё, дура, думаю – от чего это, всё думаю нормально было с Олечкой, и тут на тебе! Алексей, как ты мог?! Ты же мне обещал! Ты же покаялся! Ты же сказал, что всё, что больше никогда!

Согнувшись перед тихо рыдающей женщиной, как нахулиганивший, раскаивающийся школьник, Алексей забормотал:

–Да я не хотел…, и не думал, что так получится…, не ожидал нападения…, и как она меня вычислила понять не могу("врёшь, врёшь, знаешь как она тебя вычислила и где")…, против воли среагировал…, растерялся от неожиданности…, прости, милая, правда, прости, – Алексей опустился на колени и ткнулся лицом в бёдра жены.

–Не трогай меня, не прикасайся ко мне, чудовище, не надо, не хочу, – Жанна пятилась от упрямо ползущего за ней на коленях Алексея Петровича, пока не упёрлась спиной в стену. Умолкла. Бесконечно долгие минуты слышалось лишь тяжёлое, сдавленное как у астматика дыхание.

Потом хриплым, как у пропитой бомжихи голосом, женщина проговорила:

–Конечно я тебя прощу, Алёшенька, как я могу тебя не простить… Вставай, не надо передо мной так, я, чай, не Богородица… Иди поешь, – слабо-безжизненно погладила она покорно склонённую перед ней седую голову.

–Хорошо, спасибо, родная, сейчас поем, только вечернее правило…

–Ну вот, опять! – вновь отчаянно взвилась Жанна, – Лёша, ну сколько можно уже?! Ты что, пока лоб не разобьёшь – не успокоишься? Разве мало ты для Него сделал? А как ты живёшь? Есть за что благодарить?

–Не надо, не начинай опять, – умоляюще попросил Алексей.

–А ладно, делай, что хочешь, и как хочешь…, устала я, сил нет…

–Спокойной ночи, родная, – пожелал глава семейства в спину никак не отреагировавшей, быстро шагающей по коридору, жены.

"Какая она всё-таки сильная у меня, ведь вся измученная, изнеможённая, а идёт как танцует.

Может? Да ну нет, другие в её возрасте бабки бабками, и без тех непереносимых испытаний, которые на неё обрушились, ей уж скоро сорок, а она всё ещё как девчонка… Эх, родная, родная моя. Есть, конечно есть за что благодарить! Мне же Его даже за тебя, за то, что встречи с тобой сподобил, не отблагодарить никогда, хоть двадцать веков на коленях простой.