Рим. Распятие

Вытянув шею в сторону устроенного им величественного зрелища, ублажаемый спереди молоденькой родственницей, с едва оформившейся грудью и бёдрами, а сзади, вспотевшим от усердия, её старшим братом, обхватившим Нерона руками под грудью за живот, император всем телом содрогался от наступления никогда не испытываемых им ранее ощущений такой силы и глубины. Уронив свиток, Нерон обеими руками схватил за волосы стоящую перед ним на коленях сопящую, захлёбывающуюся, задыхающуюся девушку.

Стоящая, в нескольких шагах от мужа Поппея, сцепив руки на груди, обхватив себя ими за плечи, с искривлённым гримасой презрения лицом внимательно наблюдала за корчащимся в оргазме императором.

Изрыгнув из самого тёмного существа своей личности, окативший окружающих ледяной волной звериный рык, Нерон небрежно и презрительно оттолкнул от себя обоих партнёров; подойдя к самому краю балкона и упёршись руками в мраморные перила, сильно и глубоко вдохнул в себя доносимую порывами ветра гарь погибающего Города.

–Развлекаешься? – негромко прихрипела Поппея, – вот это всё и есть твоё решение проблемы с христианами по-тихому?

Плечи императора затряслись от шакальего похихикивания:

–Не рабыне указывать своему господину: что ему делать и как.

А твой долг, как жены божественного отца народа римского, состоит лишь в покорности воле своего мужа. А ты посмела отвергнуть моё предложение поучаствовать в сочинённой мною небольшой драматической сцене, посвящённой этому великолепному действу.

–Простите, мой господин, – просипела, склонившись в поклоне Поппея, – но ваша раба всегда с превеликой радостью принимала участие во всех театральных действах своего божественного императора.

Просто покалеченное  моим мужем семь дней назад горло, – откашлявшись, прикоснулась кончиками пальцев к багрово-фиолетовым кровоподтёкам, – заставило меня отказаться от той роли, которую, только что, успешно исполнила троюродная сестра моего господина.

–Умничаешшшь?! – гигантской коброй прошипел Нерон.

–ПОШЛА ВОН!!! – вновь леденящим звериным рыком.

–И не смей приходить, пока не призову! – вслед пятящейся в поклоне Поппее. Сделав несколько быстрых шагов к портьере, за которой скрылась его жена, император с азартным любопытством проводил взглядом  молодую женщину, вышагивающую неспешной изящной походкой, с ровно выпрямленной спиной и гордо вскинутой головой, удовлетворённо хмыкнул и небрежно накинув, намотав на себя поданую рабом ткань, вернулся к лицезрению  развивающейся в Городе трагедии.

§ 2.