Зной

Всё живое – люди, животные и так далее – стало получаться у Алисы лет с шести. Тем летом мама Алисы принесла её работы на областную выставку детского творчества. Смущалась – не думала, что возьмут, тем более что они опоздали с официальной регистрацией, но помощник мэра отчего-то заметил их обеих, лично провёл и настоял, чтобы работы приняли.

Их приняли, а три рисунка из двенадцати даже продали в первый день – всё получали юные авторы, ну то есть их родители или опекуны. Алисе очень понравилось стоять возле своих работ и общаться со зрителями.

Чертёнок с косичками – круглолицая, улыбающаяся, без правого верхнего резца – Алиса оказалась неотразимой.

Листьев подошёл к ним вечером второго дня выставки. И сама Алиса, и её мама уже устали, но всё равно было весело – ужасно весело.

– Очень красиво, – заметил Листьев, указав на любимую работу Алисы, цветущую Луну. – Это ведь Луна? – Он присел, чтобы глаза его были на одном уровне с глазами Алисы.

– Да, и люди там будут жить, – уверенно заявила Алиса.

 – Когда я вырасту, я сама полечу на Луну помогать.

Очень серьёзный вид. Алиса никогда не улыбалась, если не шутила, и очень обижалась, когда взрослые подшучивали над ней.

Листьев не стал смеяться. Он так же серьёзно покивал и поинтересовался:

– Но ведь сначала нужно будет много учиться, стать сильной и ловкой, стать космонавтом. Будет трудно!

– Пусть, – тут же ответила Алиса. – Я всё равно полечу!

– Может, тебе можно помочь? – поинтересовался Листьев, оглянувшись на улыбающуюся маму Алисы.

 – Тебе и маме. Учиться будет трудно и долго.

– Да, если хотите, – разрешила Алиса и протянула ладошку. – Алиса!

– Павел, – пожал её руку Листьев. – Очень приятно, Алиса!

– И мне, – с важным видом отозвалась Алиса. Он шутил, конечно же, но хотя бы не очень обидно.

Но Листьев не шутил. Он подозвал распорядителя, и сообщил, что хочет купить ту самую картину про Луну. Несомненно, он заметил, как дрогнули губы Алисы: картина была её любимой, мама еле-еле уговорила Алису принести картину на выставку.

И вот теперь она досталась к какому-то важному дяде!

Листьев купил картину за четыреста тысяч рублей. Десять тогдашних зарплат семьи Клёновых, мама вернула себе девичью фамилию после развода. А когда потрясённая Клёнова-старшая принимала сертификат (уже на следующий день его превратили в настоящие деньги) Листьев, глядя на готовую расплакаться Алису, вновь подошёл к ним.