Выше неба

 – Не дождёшься.

– Это было бы наилучшим решением, – заметила Вяземская спокойно. – Прошло всего четыре дня, а на вас уже поступило четырнадцать жалоб, Игнат Анатольевич.

– Настучал всё-таки дедушкин внучек, – развеселился Ворошилов. – Передайте, что может засунуть свои жалобы… Куда захочет. Всё равно ничего не докажете.

– Олег Сухоруков, Антон Иванов, Виктория Чернова и Алёна Родионова не написали ни одной жалобы, – возразила Вяземская и похлопала ладонью по папке. – Здесь достаточно, чтобы я смогла отстранить вас от соревнований минимум на год.

Вам лучше извиниться. Если только Алёна Игоревна и Виктория Васильевна не захотят доводить дело до суда.

– Достаточно, если он извинится, – возразила Алёна спокойно. Виктория следом за ней сказала то же самое.

– До суда?! – засмеялся Ворошилов. – Эти нищебродки? Ну пусть попробуют. А если я сейчас позвоню отцу, то завтра утром домой поедете и вы, и они, – Ворошилов достал из кармана, естественно, «Айфон» – и принялся водить пальцем по экрану.

– Вполне возможно, – кивнула Вяземская.

 – Однако, в отличие от вас, я абсолютно точно знаю, что случится завтра. Хотите узнать? – Ворошилов посмотрел ей в глаза и молча убрал смартфон в карман. – Вы очень кстати упомянули звонок, – продолжала Вяземская. «Как это ей удаётся? – думала Алёна. – Я бы не сумела говорить с ним настолько спокойно». – Через час и… – Вяземская посмотрела на часы, – …одиннадцать минут будет звонить ваш отец. Он курирует спортивные мероприятия в этом лагере, и он захочет, среди прочего, узнать о ваших успехах.

Ворошилов молчал, не отводя взгляда от глаз Вяземской. Та вернула взгляд – в конце концов, Ворошилов отвёл взгляд в сторону.

– Я скажу ему правду, Игнат Анатольевич. Мне составило огромного труда отыскать хотя бы одного тренера, который согласится работать с вами. Вы грубите, нарушаете распорядок лагеря, отрицательно влияете на дисциплину… – на губах Ворошилова появилась презрительная усмешка, – …и, помимо прочего, вымогаете деньги у других спортсменов.

В составе организованной группы – так это правильно формулируется? – посмотрела Вяземская в глаза начальника охраны. Тот кивнул.

– Ничего не докажешь, ты, старая дура, – прохрипел Ворошилов, но почти сразу же голос вернулся к нему. – Завтра же тебя уволят.

– Напротив, Игнат Анатольевич, я докажу все эпизоды. Люди готовы дать показания против вас. Вполне возможно, что вы сможете добиться моего увольнения. Если честно, это для меня будет не самой большой потерей.