Иммунитет Вселенной (Путь Знахаря)

На пороге возник высокий, худощавый старик, одетый в полотняные порты и рубашку с накинутой поверх нее стеганой безрукавкой, обутый в сапоги из мягкой кожи. В его темно – русых волосах и рыжей бороде не было ни одного седого волоса, а глаза были неожиданно молодыми, и в них отражалась спокойная и при этом очень мощная сила. Дмитрий застыл на пороге и не сразу нашелся, что сказать. Но хозяин избы неожиданно сам сделал шаг вперед и произнес:

– Здрав будь, путник! С чем пожаловал к старому Мирославу?

– 

И тебе здравия! – ответил Дмитрий.

 – Меня послала ведунья Пелагея. Просила передать вот это.

С этими словами Дмитрий залез за пазуху и, достав небольшой нашейный мешочек, извлек из него данный Пелагеей оберег. Диск, сделанный не то из метала, не то из камня, всегда был слегка теплым, словно его что – то грело изнутри.

– Знатная вещь! – произнес Мирослав, взяв оберег в руки. – Еще пращурами нашими сделанная. И Пелагею я помню – ох, и стрекоза была девка, когда у брата моего старшего Родомира училась науке знахарской.

Так зачем же послала она тебя ко мне?

– Я у нее в обучении был. Тоже лечить учился. А год назад бабка Пелагея сказала, что ей меня учить больше нечему, а Дар мой до конца не раскрылся. И отправила к тебе. Дальше учиться!

– Знахарем быть хочешь, значит? Ну – ну… Пойдем в дом, нечего на пороге стоять.

Внутренне убранство жилища Мирослава сильно отличалось от избы Пелагеи. Не висели по стенам и около печи пучки разнообразных трав и кореньев, не стояли в углах разнообразные баночки и горшочки с готовыми отварами, порошками и мазями.

Зато на полке вдоль стены стояли и лежали фолианты, от некоторых из которых так и веяло древностью.

– Что, интересно? – спросил Мирослав, заметив, что Дмитрий так и впился глазами в стопки древних книг. – А сам – то ты грамоте обучен?

– Да, Пелагея научила.

– А чему она еще тебя учила, кроме грамоты да знахарства?

– Воинскому мастерству и искусству выживания. Хотя зачем это знахарю знать нужно, долго не мог ума приложить.

Знахарь лечить должен, зачем же ему знать, как убивать? Правда, мне эти навыки в дороге ох как помогли… А еще Пелагея говорила, что некоторые навыки владения своей скрытой силой именно через воинские упражнения лучше всего осваивать. Запомнил я и такие ее слова, что, мол, только понявший, сколь, с одной стороны, уязвим, а с другой – силен человек, может научиться лучше чувствовать пределы болезни и пределы лечения, которые тот или другой больной вынести сможет.