Обратный отсчёт

– Но ответить придётся. – Владелец второго голоса поднял паспорт Травматурга, прочитал. – «Чертанов Кондратий Степанович», сорок девятого года. Отвечай, дед, как попал в хранилище.

– Где я? – прохрипел Травматург. – Где моя тележка? Где рассада?

Сейчас главное – заставить их рассмеяться. По блеску глаз видно, что охранники попались в ловушку, состав, которым смазаны безделушки в карманах, уже действует. Тут даже Слова можно не применять, хватит и химического оружия.

Они переглянулись и заржали. Все четверо.

Теперь Травматург видел всех четырёх. Для убедительности применим и Слово тоже, ещё по городу идти, безопасность не повредит. Не похоже, что в ближайшие сутки кто-нибудь займётся его, Травматурга, эвакуацией.

– Тележка! – один из охранников никак не мог успокоиться. – Дед, ты попал. Даже не врубаешься, насколько попал.

– Куртка, левый верхний карман. – Травматург просто сказал, и охранники умолкли и замерли. А ближайший к нему полез в указанное место, добыл там клочок бумаги, развернул и прочёл вслух:

– «Чукча в чуме чистит чуни.

Чистота у чукчи в чуме». Чё?! – и вновь все четверо засмеялись истерично, взахлёб, не в состоянии успокоиться.

Неважно, что именно за текст. Важна ритмика и количество шипящих. Оптимально, если ещё и смешной для того, кто уже под «мессингом».

– Афоргомон, – произнёс Травматург одно из имён. Вопреки мнению обывателей, никакой подлинной силы имена Великих Древних уже не хранят, слишком часто ими пользовались посвящённые. Но действовать – действуют.

Охранники умолкли и встали по стойке смирно. Травматург молча протянул скованные руки ближайшему. Можно не гадать, сработало ли, такая гамма чувств была у него на лице. Удивление, страх, подобострастие.

– Владимир Иванович?! Простите, перепутали!

Добыл из кармана ключи от наручников. Торопливо, не попадая ключом в отверстия с первого раза, отомкнул.

– Вольно, – разрешил Травматург и поднялся, растирая руки. Успел оглядеться, отметил, что камеры в помещении есть, но лампочки не горят, Магна и эти тоже вырубила? Однако! – Когда приезжает хозяин?

– Завтра утром, Владимир Иванович.

 – И вот как их отличить? Толстомордые, перекачанные. Словно клоны. Даже голоса похожи. – Самолёт прибывает в одиннадцать пятнадцать.

– Отлично. Есть время разгрести этот бардак. – Интересно, за кого они меня принимают? Под влиянием «мессинга», которым предусмотрительно покрыто всё, что можно найти в карманах, человек многое домысливает сам.