Во власти Золотого Бога

На связи, действительно, был районный прокурор. Он сообщил, что присланные из краевой прокуратуры документы отправлены с нарочным на факторию майору Кузьмину.

Так же поинтересовался ходом расследования. Услышав, что Черкашин пока собирает информацию, разочарованно повесил трубку.

«Ладно, хоть не азбука Морзе!» – усмехнулся следователь.

Вспомнилась информация про «законсервированного» агента. Ходит, поди, рядом, видит его и посмеивается. Этим агентом может оказаться любой, на которого и подумать-то никогда не сможешь.

Тот же Зубов! Притих после отлёта Волошина, не покрикивает на рабочих, не суетится. Возможно, и вправду агент, но только волошинский!

Может, из геологов кто…. Нет, не из геологов – они второй сезон работают, а агент здесь давно живёт, за своего среди местных. Вот и получается, либо кто-то из промысловиков, либо кто-то….

Черкашина, как шарахнуло по голове: Уварова что ли?!

Часть 5. И НЕТ КОНЦА ТАЁЖНЫМ ТРОПАМ

С утра Черкашин обошёл промысловиков.

– Отчего же не помочь следствию? Поможем! – скорее для себя говорил Сорокин, охотник местной заготконторы, собирая панягу, рюкзак с особым каркасом для удобной переноски груза, – На сколько идём?

– Сутки, максимум двое! Фёдор….

Отчества не знаю, – Черкашин помедлил, – Помните этого рабочего? Ну, Холодова?

– Так, шапочное знакомство. Сашка с Антоном подтянуться?

– Да, я их предупредил.

Сашка с Антоном – это местные промысловики Нефёдов и Старостин.

– А что вы все по домам сидите? Ягода ведь… – Черкашин внимательно всмотрелся в лицо Сорокина.

– Себе дороже, Николай Иванович! Не дай бог что, затаскают потом по органам! Только… ходил я в тайгу. Не хотел говорить, да всё-равно ведь узнаете…. Аккурат в тот день, когда парнишка этот пропал.

– Да? – удивился Черкашин.

– И непросто ходил… – охотник замялся, – Я его на тот берег перевёз.

– Ну-ка, ну-ка….

Следователь почувствовал, что наметился первый след, первая ниточка.

Сорокин походил немного, присел возле Черкашина:

– Я домой возвращался, полный горбовик брусники набрал.

Ягода у нас на другом берегу: там и поляны побольше, и ягода покрупнее. А он как раз по этому берегу шёл.

– В сторону Тумбенчи?

– Да. И ещё рюкзак у него был. Тяжёлый. Я думаю килограммов на пятнадцать – очень уж тяжело он его поднимал!

– А дальше?

– Увидел меня, рукой помахал. Перевези, говорит, на ту сторону. А зачем на ту, спрашиваю, здесь и тропа до шиверы, до перекатов то есть, набита.