Во власти Золотого Бога

А дальше снова цепочка на Туру и Большую землю! А что, вполне логично. Э, братцы, тут целый синдикат!

– Иваныч, давай есть, а то в животе давно урчит! – позвал Сорокин.

– Давай, Фёдор, давай! Ты извини – разморило что-то….

– Это с непривычки. Да и зачем следователю такая привычка?

– Да, уж… – вздохнул Черкашин.

Они поели. Совсем стемнело и как-то незаметно похолодало. Черкашин натянул под штормовку вязаный свитер, который подарила жена ещё на его сорокалетие, и снова улёгся на пушистые пихтовые ветки, на всякий случай накрыв лицо накомарником.

Сорокин остался у костра, ждал, пока угаснут ещё тлеющие угли, и думал о чём-то своём.

К Черкашину опять вернулась мысль о «золотой» цепочке. Ведь должна же быть какая-то связь! Должны же они передавать, например, о том, что груз готов к отправке? Должны! Дата, время? Или настолько всё отлажено, что перебоев не бывает? Нет, такого не может быть. Значит, рация!

Геологи, метеостанция, заготконтора. Другой связи в Понырях нет. И вертолёт раз в месяц! А почему бы нет? Хотя, тут сложности в доставке – лишние глаза, лишние волнения! Нет, вертолёт отпадает.

У геологов Фросин и Зубов, на метеостанции Уварова и Соловьёв, в заготконторе Двигун. Кто-то из этих пятерых и выходит на связь, когда нужно переправить металл на Землю!

Но самое важное сейчас другое: место, где происходит та самая добыча песка, возможно, и его переплавка в небольшие слитки. Вот и получается, что есть ещё люди, о которых пока ничего неизвестно. Это, так сказать исток, начало ручейка, по которому течёт драгоценный металл мимо закромов государственной казны.

Мысли стали путаться, и Черкашин почувствовал, что засыпает. Только ему теперь казалось, что ниточку, которую он искал все эти дни, всё-таки нащупал….

Часть 6. КОМАНДА

Поиски, как и ожидал Черкашин, результатов не принесли. Словно в воду канул Холодов. Если и были изначально какие следы на берегу, то влага и ветер сделали своё дело.

Вернулись вчера под вечер. Искусанное мошкой тело зудело, а ноги, непривычные к такой долгой ходьбе, отказывались повиноваться.

Сегодня должен вернуться Кузьмин, доставить документы.

Черкашин попытался сесть на раскладушке и ойкнул. Вот, зараза, совсем на квашню стал похож! Ну, ты даёшь, Николай Иванович! Дотянулся до тумбочки, взял термосок. Чай почти остыл, но по жилам побежала живительная влага.