Блистательная Эллада

Оба царя, не щадившие себя на поле битвы, также получили раны: кадмейский – тяжелую, а сикионский – полегче. По возвращению домой, Никтею стало совсем худо. Чувствуя приближение смерти, он призвал к себе брата Лика и сказал ему: "Все, что у меня есть: войска, сокровища и царскую власть я завещаю тебе! Но в придачу к ним ты должен взять мою ненависть! Поклянись, что не оставишь без кары преступление Эпопея и примерно накажешь мою дочь!" Лик поклялся в присутствии многих свидетелей, и когда Никтей умер, стал вместо него царем.

Кадмейцы готовились к новому походу, как вдруг пришла весть о смерти Эпопея – он ненадолго пережил своего врага и умер от раны, на которую сначала не обратил внимания. Новым царем в Сикионе стал Ламедон. Он не собирался воевать из-за Антиопы и охотно согласился вернуть ее родственникам. Лику не стоило большого труда исполнить свою клятву. Так спустя год дочь Никтея вновь оказалась на родине. Но как не походила ее теперешняя жизнь на прежнюю! Жена Лика, царица Дирка, давно уже ненавидела Антиопу за ее красоту, кротость и нежность.

Прежде ей приходилось глубоко прятать свои чувства, зато теперь она дала им полную волю. Как только несчастная оказалась в ее руках, царица сорвала с нее дорогие платья и украшения, а взамен дала всякую рвань, которая едва прикрывала тело. Царевне пришлось выслушать тысячи упреков и оскорблений, а также обвинений в самых разных грехах и пороках. Нечего и говорить, что она их совсем не заслужила. Но Дирка была на этот счет другого мнения.

– Ты позор нашей семьи! – твердила она чуть ли не каждую минуту.

– В чем же моя вина, тетушка? – спросила однажды Антиопа.

– Замолчи, бесстыжая! – зашипела в ответ царица. –  Лучше вспомни отца, которого ты свела в могилу!

От этих слов Антиопа горько заплакала. Ах, как ей было тяжело! Но жестокой Дирке мало было тех мук, на которые она обрекла племянницу своего мужа.

Когда кадмейцы проезжали через Киферон у Антиопы родились два маленьких сыночка. Мальчики были такие милые, что вид их мог тронуть даже каменное сердце, но на Дирку он не произвел никакого впечатления. Наоборот, она сделалась еще злее.

– Возьмите эту нечисть, – закричала она, едва взглянув на детей, – и бросьте их в лесу на корм диким зверям!

Антиопа со слезами умоляла ее пощадить новорожденных.

– Вот еще! – отвечала царица.