Звезда Маир

Она не должна умереть!

– Глупое дитя! Что ты знаешь о смерти! – зло отозвался карлик. – Она открывает порой такие чудеса, о каких в этом жалком мире можно только мечтать. Но не для всех и не всегда! Тут ты права. Аирб безмерен! Встречаются и там такие, с позволения сказать, местечки, в какие меня не заманишь никакими коврижками. Боюсь, твоя дорогая мамочка как раз и угодила в одно из них.

– Зачем вы меня пугает! – со слезами в голосе произнесла Анжелика. – Мы с мамой ничего плохого вам не сделали. Помогите, если можете.

А если не можете, то уходите.

– Помочь? – старик наклонил голову. – Помогать тебе я не собираюсь. Но если хочешь увидеть маму, пока она еще похожа на саму себя, я могу это устроить. Ведь ты хочешь этого?

– Да! – отвечала девочка чуть дрогнувшим голосом.

– Так-то лучше, – сказал незнакомец и шагнул ей навстречу.

Внезапно лицо его исказилось, словно по нему пробежала судорога… И в то же мгновение Анжелика ясно осознала, что странный предмет их разговора – порча, колдовство, похищение души и смерть – не просто слова, что происходящее на самом деле вышло за рамки реальности и что они с мамой неведомым образом оказались втянутыми в высшей степени необычную и по-настоящему жуткую историю.

Ей сделалось очень страшно. Развернувшись на каблуках, девочка бросилась прочь от таинственного старика. Она пробежала до конца моста, свернула в боковую улицу и бежала, не останавливаясь, еще два квартала, пока не выбилась из сил. Только тогда она решилась оглянуться и с облегчением обнаружила, что ее никто не преследует…

5.

 Зеркало и кукла

«Пора возвращаться», – подумала Анжелика. Дома ее ждало страшное одиночество, но это было единственное место, где можно отдохнуть и собраться с мыслями.

Девочка побрела прочь от реки. В самом начале улицы один подле другого стояли три больших особняка. Обнесенные высокими кирпичными стенами, увешанные кондиционерами и тарелками спутникового телевидения, они старательно демонстрировали сытое, умеренное благополучие.

Но чем дальше от центра, тем проще становился облик домов. Старые хрущевки сменила череда типовых бревенчатых двухэтажек с маленькими подслеповатыми окнами. Утих шум, доносившийся со стороны шоссе. Анжелику обступила тревожная тишина. Редкие тусклые фонари не могли разогнать вязкой темноты. Уползая с мостовой и тротуаров, она зримо сгущалась за углами домов, в узких, словно щели переулках.

Впрочем, мрак только в первые мгновения казался непроглядным.