Книга пяти колец

Почтение к старшим, дружелюбие к равным, покровительство к младшим и безжалостность к врагам! – его голос звучал как свист хлыста, требовательно и резко. – Идем.

– Слушаюсь, – я чуть склонился, прижав левый кулак к ладони, как в старых китайских фильмах.

– Неплохо, но положение локтей нужно поправить, – сделав это, старик довольно улыбнулся.

На выходе нас ожидала крытая повозка, запряженная парой лошадей с старым улыбчивым возницей в широкой шляпе. Расположившись на кресле, я начал осматривать окрестности. Как оказалось, поместье господина Бэйя находилось в пригороде и до городского дома господина Хвана нам требовалось ехать почти полчаса.

Весь пригород утопал в зелени, в которой на первый взгляд находилось десятков пять различных поместий, судя по стенам и украшенным воротам, совершенно разного достатка. Сады и рощи плодовых деревьев были буквально повсюду, а множество мелких ручьев орошали все вокруг. Поместье семьи Ву выделялось какой-то особой мрачностью, охранные статуи выглядели суровыми и опасными, словно в любой момент были готовы броситься на врага.

Чем ближе к городу мы двигались, тем больше видна была разница между благополучным пригородом и серым скученным городом, маленькие дома с садами, прилепленные друг к другу, а ближе к центру многоэтажные бараки, лавки ремесленников и торговцев соседствовали с обычными домами. Запахи стояли тоже весьма специфичные, чему немало способствовали открытые каналы, куда сливали нечистоты. Что бы я ни думал об этом городишке как житель двадцать первого века, я не мог не отметить, что все было четко спланировано и поделено на кварталы.

Не было стихийных рынков, но на пересечении крупных дорог обязательно был небольшой торговый уголок, производства были вынесены в сторону от жилых домов и тем более от городских резиденций аристократов. Центральный квартал отделялся от остального города не только стенами метра три в высоту и отрядами стражников, проверяющих любого въезжающего, но и широкой полосой парка.

– Стой! Кто едет и по какой причине? – молоденький стражник рьяно встал перед нашей повозкой, останавливая возницу своим копьем.

– Отойди. Это уважаемый господин Бэй, – не успел мой дед хоть что-то произнести, как раздался голос из караулки и оттуда вышел настоящий гигант. Он был, наверное, метра под два высотой и страшный как божий гнев, с лицом как у китайского варианта Валуева, одетый в тяжелый доспех с таким же, как у меня, поясом на необъятной талии, а в руках он держал двуручный клевец.