Книга пяти колец

От него во все стороны расходились жгуты, по которым текла энергия, но откуда я знал, что это именно энергия? А черт его ….

– Это ты, видишь, как медленно бьется твое ядро? – я скорее не видел, а ощущал, что оно с каждым ударом замедляется. – Скоро оно погаснет окончательно и твоя душа уйдет на круг перерождения. А вот твой друг, – передо мной показалась проекция Игната. Его ядро пульсировало, но все жгуты силы, что тянулись в нижнюю часть тела, выглядели блекло, казалось, они медленно гаснут. Гребанный Алигатор сломал его позвоночник, ярость начала заполнять меня.

Хотелось почувствовать, как лицо этого ублюдка снова ломается под моими ударами. – Если ты согласишься, я передам остатки твоих сил ему, этого хватит, чтобы восстановиться и жить полной жизнью. – Глаза азиата смеялись. – Но если ты не продержишься три года, я верну все назад.

Я согласен, – все сомнения, выжженные яростью, ушли. Жизнь за жизнь, я внутренне улыбнулся, живи, бро, стань чемпионом в память обо мне, а мне предстоят новые бои….

****

На вершине горы Сияющего лотоса расположилась небольшая беседка. В ней за низеньким столиком сидел мужчина в традиционном воинском облачении следующего за потоком. От большинства воинов-паломников его отличал лишь герб на спине его доспеха – оскаленная голова тигра. За поясом у него висело два чуть изогнутых клинка, а сам он подготовил жаровню, поставил чайник и выставил небольшие пиалы из тончайшего фарфора. Сняв со спины гуцинь, он негромко начал играть, пощипывая струны.

Тихая мелодия текла из беседки, она словно звала: “Иди ко мне. Иди. Будь рядом, слушай меня.”

– Ты играешь с каждым разом все лучше, брат. И все печальнее, – говоривший в одной руке держал пару кувшинов, а другой опирался на боевой посох. Черно-красные одежды украшал знак ворона. Поставив кувшины на стол, он снял с лица полумаску в виде лица демона – владыки голодных духов, под которой оказалось лицо, изрезанное шрамами. – Рад тебя видеть, брат, – и, шагнув вперед, он крепко обнял музыканта, уже вставшего и раскинувшего руки.

– Похоже, больше никто не придет, – с печалью в голосе произнес “тигр”.

– Значит, нам достанется больше выпивки, – усмехнувшись, ответил “ворон”.

– Ты прав, брат, больше никто не откликнулся на призыв, – с этими словами в комнату вошла девушка, выглядящая так, словно ей не больше семнадцати весен, в прекрасных изумрудных одеждах, украшенных вышитыми повсюду змеями.