Разбитое зеркало

Глеб не удержался и подколол его вопросом, как тому так быстро удалось добраться до штаба, на что получил обезоруживающую улыбку и сообщение, что лейтенант за время учебы научился очень быстро бегать. Решив про себя, что адъютант в принципе нормальный парень и не потерян для общества, Глеб вслед за ним направился в дальний конец штаба, где кроме архива располагалась лишь комната отдыха. Выбор места встречи со штабными шишками Грустинина несколько озадачил.

В архив они естественно не пошли, а вот за поворотом коридора их встретили двое бойцов с автоматами и хмурый подполковник с общевойсковыми пагонами.

Тот мазнул взглядом по лейтенанту, чуть дольше задержал взгляд на Глебе и остановил их вопросом:

– Майор Грустинин?

– Так точно, – ответил Глеб.

– Свободны, – это лейтенанту, – Вам придется подписать кое-какие документы, – а вот это уже Грустинину. Подполковник достал из папки несколько листов и, положив их поверх папки, протянул Глебу, – Внимательно ознакомьтесь и распишитесь.

Грустинин принял папку и охренел.

Перед ним лежали бланки строгой отчетности о неразглашении секретной информации. Подобный он видел один единственный раз в жизни, перед тем как их, еще курсантов, знакомили с матчастью[9 - Матчасть – материальная часть – термин военного дела, обозначающий вооружение и снаряжение.] звездочек. В то время эта информация еще считалась секретной, причем, скорее, по военной привычке секретить все, что только можно. Глеб не без внутреннего трепета подписал документ и протянул его вместе с папкой подполковнику.

– Сейфовую папку оставьте себе. Там часть информации. А бланк давайте сюда, – проверив документ, подполковник неуловимым движением убрал его в другую папку, вообще, не понятно, как материализовавшуюся у него в руках, – Проходите, вас ждут.

Подполковник потерял к Грустинину всякий интерес, отошел к стене и, подперев ее плечом, погрузился в изучение какой-то информации на планшете. Куда он дел папку, что буквально только что была у него в руках, осталось для Глеба совершеннейшим секретом.

Бойцы расступились, освободив проход, и Грустинин вошел в комнату отдыха.

Там его действительно ждали. Одно из кресел занимал целый генерал-полковник, командующий всеми военнокосмическими силами страны к Западу от Уральских гор. Во втором расположился смутно знакомый пожилой тучный мужчина в гражданском костюме и очках. Третье кресло занимал командир полка, явно чувствовавший себя в присутствии гостей не в своей тарелке.