Золушка в кедах

За остальными дверьми начали раздаваться шорохи. Похоже, что соседи подкрадывались к дверям и готовились к интересному зрелищу.

– Сестренка, открывай. Это я, Манюринда.

За дверью заскреблись, будто трудолюбивый дворник начал сметать в кучу сухие листья. Мы ждали, пока не прозвучали очень странные слова:

– Вали-ка ты подобру-поздорову, дорогая сестра. И молодняк с собой забери. Считаю до трех, потом пущу «греческий огонь». Раз…

Глава 4

«Нет магии сильнее, чем магия слов»

Анатоль Франс

– Сестра, я понимаю, что у нас с тобой обида древняя да досада крайняя.

Понимаю и сама ни за что не пришла бы с головою повинною! Но послушай – я нашла ту, которая сможет нас примирить, или же всё исправить. Неужели ты не увидела на руке девочки знак Эстифалиуса? – тихо сказала Мария Дормидонтовна.

В ответ невидимый дворник ещё раз скребанул метлой по асфальту. Послышался выдох. Мне стало крайне интересно – что же там творится за дверью? И вдобавок украдкой посмотрела на ладошки – никаких необычных знаков не обнаружила.

– Я думала, что показалось, – низкий мужской голос снова полился из пасти льва. – Но я не верю в такое совпадение, поэтому… Два!

– Бабушка, может, пойдем? Она же и взаправду пульнуть может. Мы-то как-нибудь выкарабкаемся, а вот девчонка вряд ли, – Игорь подергал Марию Дормидонтовну за рукав.

Старушка отдернула руку и повернулась к двери. Она выпрямилась и встала, как Останкинская башня посреди коридорчика. Голос, которым тетя Маша сказала следующие слова, мало чем уступал по твердости рыку из пасти льва:

– Сестрёнушка моя милая, у нас появился шанс всё исправить.

Если ты хочешь продолжать обижаться на меня, то я пойму, родимая. Однако знай – я никуда не уйду и не собираюсь накладывать чары Неуязвимости. Запускай свой «огонь греческий», или решим давай всё раз да и навсегда.

– Эй! Чо за дела? Я не собираюсь тут ласты склеивать. Если у вас тут свои разборки, то я не при делах и не хочу ни за кого впрягаться. Да я ваще… – я осеклась, когда в меня вперился сердитый взгляд Марии Дормидонтовны.

– Тихо, не рушь психологический момент, – шепнул Игорь, теребя браслет наручных часов.

Третий раз неведомый дворник соскреб листву за дверью в кучу. Третий раз из пасти льва раздался голос:

– Что же, сестра, ты сама выбрала такой финал. Видят боги, что я предупреждала. Три!

Мария Дормидонтовна даже не пошевелилась, зато перед ней кошачьим прыжком оказался Игорь. Он прикрыл бабушку грудью.