Связанные искушением

 – Пока отец вновь не прогонит меня. Если бы это было в его силах, он бы закрыл маму от всех, кого она любит, оставил бы только медсестер, пока она не умрет. Я пыталась убедить себя, что он таким образом защищает ее, чтобы о ней помнили, как о гордой женщине, какой она была, а не только о ее болезни, но предчувствовала, что не в этом была главная цель. Порой я гадала, не стыдился ли он ее.

– Где твои сестры? А Фаби? – Она глянула поверх моей головы, будто бы ожидая их увидеть.

Я опустила взгляд на ее подбородок, не в силах смотреть ей в глаза.

– Фаби занят в школе.

Наглая ложь. Отец хотел, чтобы Фаби был занят бог-знает-чем, лишь бы не проводил время с мамой. Будто бы он опасался, что Фаби тоже заболеет.

– Ария и Джианна скоро приедут. Они не могут дождаться момента, когда вновь увидят тебя.

– Твой отец позвонил им? – спросила мама.

Я не хотела вновь ей врать. Но как я могла сказать, что отец не хотел, чтобы они приезжали к умирающей матери? Они бы даже не узнали, насколько все плохо, если бы я не позвонила.

Я налила в стакан воды и поднесла к ее губам.

– Тебе нужно попить.

Мама сделала маленький глоток, а затем отвернулась.

– Мне не хочется.

Мое сердце разрывалось от боли. Я пытались придумать, о чем поговорить с мамой, но единственное, о чем я хотела с ней поговорить, так это о моей влюбленности в Ромеро. Но я не могла доверить ей этот секрет.

– Тебе нужно что-то? Я могу принести тебе немного супа.

Мама слегка покачала головой.

Она смотрела на меня со странным выражением лица, и мне стало неуютно. Я даже не была до конца уверена почему. Ее взгляд был полон тоски, и это тревожило меня.

– Боже, я даже не помню, каково это – быть молодой и беззаботной.

Беззаботной? Я не чувствовала себя так уже долгое время.

– Я так многое хотела сделать, так о многом мечтала! Все казалось таким возможным!

Ее голос зазвучал сильнее, будто бы воспоминания давали ей сил.

– У тебя есть прекрасный дом, множество друзей и дети, которые любят тебя, – ответила я.

– Ага, – сказала она с легкой улыбкой. – Друзья, которые даже не заглянули.

Я не могла этого отрицать и даже не была уверена, по какой причине они так поступают – из-за отца, или потому что моя мама никогда не была для них важна. Я открыла рот, чтобы сказать очередную ложь, за которую вновь почувствую вину, но мама продолжила:

– И дом, который оплачивается кровавыми деньгами.