Вознесенная грехом

– В таком случае мне придется найти кого-то, у кого хватит смелости пойти против тебя.

– Следи за языком, – сказала мама.

Я покачала головой и пошла прочь.

– Завтрак еще не окончен, – напомнил папа, но я проигнорировала его.

Я направилась прямиком в свою комнату и упала на кровать, издав разочарованный крик. У кого хватило бы смелости пойти против отца? Джованни и все остальные солдаты Семьи даже пытались предугадать его еще невысказанные желания. Такой мужчина никогда бы не сделал меня счастливой.

Но нормальные парни, которых я встречала в колледже, еще хуже. Они едва ли смотрели в мою сторону, потому что боялись, что папа начнет преследовать их в стиле Аль Капоне[5 - Американский гангстер итальянского происхождения, действовавший в Чикаго в 20-х годах прошлого века.]. Они не знали реальных фактов о нью-йоркской мафии, но все равно держались от меня на расстоянии вытянутой руки. Если бы они поняли, на что был способен папа, то убежали бы в слезах. Нет, я никогда бы не стала уважать такого мужчину.

Я просто пялилась в потолок. Может, у кого-то другого из мафиозной семьи и было намерение переехать на Западное побережье и стать частью Каморры, но не у меня. На мой взгляд, они были слишком безумными. А кто-то из чикагского Синдиката? С таким же успехом я могла бы всадить пулю в сердце папы.

Видимо, мне придется вечно быть одинокой.

Раздался тихий стук в дверь, и вошла мама.

– Могу я поговорить с тобой?

Я кивнула и села. Я не хотела хандрить в кровати, как пятилетний ребенок.

Мама присела на матрас рядом со мной и одарила меня улыбкой. Она всегда была понимающей. Думаю, она научилась этой способности в браке с папой.

– Ты в порядке?

– Да, – ответила я. Я совсем не сожалела о разрыве отношений с Джованни. – Я расстроена лишь потому, что не закончила все это раньше.

Мама склонила голову набок.

– Есть ли что-то, что ты хочешь сказать мне, но не можешь произнести при своем отце?

Я засмеялась.

– Джованни ничего не сделал, поэтому мне не надо его защищать.

Думаю, папа похвалил бы его за то, что он настоящий джентльмен.

Мама прикусила губу, явно борясь с желанием рассмеяться.

– Давай, смейся. Я все равно чувствую себя посмешищем, – пробормотала я. – Что плохого в том, чтобы хотеть чего-то большего? Любви, страсти и кого-то, кто понравится папе… ну или хотя бы, кого он сможет терпеть.

– Может, все изменится после свадьбы?

Я помотала головой.