Связанные прошлым

После танца с Карлой я направился к своему шурину.

Пьетро смеялся над чем-то, что сказал ему Рокко. После смерти старика Скудери и вступления Рокко в должность Консильери его линия поведения поменялась. Теперь никто больше не называл его Пострелом. Освободившись от власти отца и брата, он показал, что является Скудери до мозга костей. Пусть и не таким развратным, как они, но хитрым и жестоким. Он стал хорошим Консильери, который был предан мне, а не моему отцу.

– Я хотел бы поговорить с тобой с глазу на глаз.

Пьетро кивнул и последовал за мной в уединенное место.

– Помнишь, год назад ты сказал мне, что Якопо – чудовище и что Инес не должна попасть к нему в лапы.

Пьетро наблюдал, как Инес разговаривает с Карлой, а затем повернулся ко мне, сведя брови.

– Конечно. Я рад, что его убили.

– Надеюсь, что ты докажешь сегодня вечером и будешь доказывать это каждый божий день, что ты лучше, чем Якопо, что ты достоин моей сестры, – тихо произнес я, подойдя к нему вплотную.

Пьетро выдержал мой взгляд.

– Если я этого не сделаю, Братва и мне уготовит скорый конец?

– Надеюсь, что до этого не дойдет.

– Не дойдет. И не потому, что я боюсь последствий.

Его выражение лица было жестким.

– Если позволишь, мне нужно поговорить с моей женой.

* * *

Я пребывал в напряжении всю ночь и все утро. Пьетро и Инес, наконец, вышли, и раздались аплодисменты. Я не присоединился к ним. Пьетро по-хозяйски обхватил Инес за талию, но Инес прильнула к нему, ища его близости и защиты, когда она внезапно оказалась в центре всеобщего внимания.

Она держала голову высоко поднятой, несмотря на легкий румянец смущения на щеках. Она смотрела на Пьетро без намека на страх, а он отвечал ей взглядом, полным обожания. Когда он заметил мой пристальный взгляд, выражение его лица стало спокойным. Он отрывисто кивнул мне, и я ответил ему тем же, потому что один взгляд на мою сестру сказал мне, что он обращался с ней так, как она того заслуживала. Возможно, предательство Синдиката ради моей сестры в конечном итоге будет иметь свою цену, но я был готов ее заплатить.

Инес – первая женщина, ради которой я предал Синдикат.

И это было только начало.

Второе предательство

12 лет спустя

Данте

Я держал руку Карлы, прижавшись губами к костяшкам ее пальцев. Ее кожа была мертвенно-бледной, дыхание затрудненным, болезненным… Я поднял глаза и увидел, что она смотрит на меня усталыми, печальными глазами.