Игрушки для хороших парней

– Да уж, весело там, я чувствую, – Луиса всего передернуло, а Эрик, мечтательным взглядом пялясь в потолок лифта, подумал, что, пожалуй, посмотрел бы на этого фаната «Молчания ягнят»… Правда, с разумного расстояния – так, на всякий случай. Книга, кстати говоря, приотличнейшая. Как и фильм – сэр Энтони все 20-ть минут своего экранного времени невероятно харизматичен.

Они подошли к 273-ей комнате, и Джек вытянул из кармана брюк внушительную связку ключей. Выбрал один, сунул в замок, легко повернул… Дверь открывалась наружу.

– Это чтобы психи не могли встать за дверью и огреть тебя табуреткой, когда войдешь к ним, – пояснил санитар. – И вообще, видишь, никаких карточек или электронных замков – простой ключ гораздо надежней.

– Ну, Чарли, – Луис подтолкнул сослуживца в комнату, – вот тебе новая временная квартира.

– По какому праву вы меня сюда сажаете? – опять завел он старую пластинку. – Я не псих! Я буду на вас жаловаться в ООН!

– Ладно, умник, давай, заходи, – приказал Джек, ковыряя зубочисткой в зубах.

 – Иначе мы тебя туда затолкаем. И переодеться не забудь.

– Все равно буду жаловаться, – прозудел Эрик и вошел в отведенную ему комнату. – В международный суд в Гааге!

– Пожалуйся лучше в твиттере – больше толку будет, – порекомендовал санитар и захлопнул дверь. Купер услышал, как он спрашивает у Мендозы: – Гаага?.. Это где ваще?

Щелкнул замок. Наступила тишина. Теперь федерал стал одним из пациентов психиатрической больницы.

VIII

ОСТАВШИСЬ В ОДИНОЧЕСТВЕ, Купер осмотрелся.

Комнатка небольшая, прямо-таки крошечная. На двери ручки нет. Меблировка мало чем отличается от камеры в тюрьме: кровать, раковина… Но в камерах редко, когда встретишь отдельно стоящие стол со стулом, а здесь было и то, и другое. Эрик попробовал сдвинуть кровать. А вот и облом! Привинчена… Он проверил стул и стол. Стол – то же самое, а вот стул можно спокойно двигать. Большое окно без решетки. Сторона, похоже, солнечная. Днем жарко, вероятно, до одури, но должна спасать система кондиционирования. Да и потом – он же здесь целыми днями не будет сидеть, как проклятый. Он – спокойный, послушный пациент, а таким положены прогулки по саду. Или по парку. Или по оазису с благотворно влияющим на больных воздухом. Или… в общем, как они это тут называют…

Вздохнув, он сел на кровать и уперся в нее ладонями. Вот, докатился, психа в дурке изображает. Он усмехнулся, подумав, что многие были бы рады, попади он сюда по-настоящему.