Игрушки для хороших парней

Второе – надежней, есть уверенность, что урод больше не вернется.

Эрик закрыл глаза. Господи, почему же не удается никак заснуть? Овечек, что ли, посчитать?.. Или жирафиков? Ну так, чисто для того, чтобы порвать шаблоны.

Раз… два… три…

Жирафики почему-то прыгали попеременно с овечками.

Четыре… пять… шесть…

Сегодня денек был не из легких, все гадали поверят – не поверят, пустят в больницу или не пустят, а завтра и того хуже – выглядывать Леви среди сумасшедших.

Семь… восемь… девять…

В ЦИ было досье только на последнего водилу.

А остальные, как единодушно предположили «Косатки», были, вероятно, сообщниками «инопланетян». Лэс проверил эту версию, и оказалось, что всех водил, кроме Вэна, приняли на работу незадолго до рейса, после которого они исчезали.

Десять… одиннадцать… двенадцать…

Сейчас Роделло проверял домашние адреса дальнобойщиков. А вообще он хотел на время освоить профессию санитара в дурдоме, но вовремя вспомнил, что он неважный актер, да и в медицине мало что соображает, а у Мендозы и образование соответствующее, медицинское, и по-испански он говорит.

Тринадцать… четырнадцать… пятнадцать…

Нехотя Лэс отказался от этой идеи и вместе с Виком остался в мире нормальных. Впрочем, еще надо разобраться, кто нормальней: те, кто себя таковыми считают или те, кого они не воспринимают как неотъемлемую часть своего (только ли их?) мира.

Шестнадцать… семнадцать… восемнадцать…

Вместе с наступившей тишиной подкралась дремота. Эрик запутался и сбился со счета.

Мысли исчезали, словно растворялись в темноте. Жирафики, подрыгивая ножками, прыгали все ленивей. Пожалуй, отбой… до утра…

Внезапный дикий крик вспугнул и тут же прогнал хрупкий как льдинка сон. Купер резко открыл глаза. Может, причудилось на нервной почве?.. Но сердце колотилось как ненормальное и казалось, что эхо от ударов разносится по всей комнатушке и мечется рывками по всему ее пространству. Кому-то приснился ночной кошмар?..

Снова тот же вопль, словно лезвием разрезал тишину.

Теперь он был полон неподдельных ужаса и боли. И тот, кто кричал, находился на первом этаже, в комнате прямо под той, в которой сидел федерал. За дверью прогрохотали шаги, потом дежурный по сектору «B» бросился бежать. Соседняя с Купером комната, что была слева, ожила. Он слышал, как там, негромко бормоча, металось обезумевшее от страха существо.

Еле дыша, Эрик скатился с кровати и растянулся рядом с ней, приложив ухо к полу.

– Помоги!..