Прах и Тьма

Когда увидел, он ничего не сказал. Ночь пахла невывезенным мусором и стираным бельем.

– Брэн, я не думаю, что тебе следует…

Брэндон поправил очки и уставился на вызывающую надпись. Не говоря ни слова, он вернулся в номер мотеля, прикрывая лицо рукой.

– Мы должны поговорить с копами, – сказала Логан. – Люди не могут…

Алехо повернулся и положил руки ей на плечи. Выражение его лица было невозможно прочесть – беспокойство, страх, гнев, жалость – и он покачал головой.

– Нет. Не беспокойся об этом.

Мы… скоро придет Грасия и поможет нам закрасить это. Это не…

– Это не что? – спросила Логан.

Алехо посмотрел мимо нее на мальчика, который их разбудил.

– Элексис. Я почти не узнал тебя в темноте.

Мальчик кивнул.

– Мне жаль, T?o[24 - Дядя (исп.).]. Я пытался разбудить тебя первым, но…

– Спасибо, что дал нам знать. – Алехо резко втянул воздух. – Почему бы тебе снова не лечь спать? Дальше мы сами разберемся.

Элексис направился обратно через парковку и нырнул в комнату в дальнем конце мотеля.

Логан мысленно отметила: если Алехо был его t?o, это делало Элексиса и ее семьей.

Логан нахмурила брови.

– Ты хотел сказать, что это не имеет большого значения.

На самом деле преступление на почве ненависти имело очень серьезное значение. Логан не являлась экспертом, но была почти уверена, что преступления на почве ненависти должны стоять вне закона. Она была почти уверена, что полиция должна была что-то с этим сделать.

Алехо оглянулся через плечо, внимательно посмотрев на Брэндона, силуэт которого вырисовывался в бледном свете комнаты мотеля.

Тот не выглядел ни удивленным, ни сердитым, ни даже разочарованным. Он был просто… спокойным. Он выглядел так же, как в ее сне, держащим все под контролем и бесстрастным. Нечитаемым.

– Никаких копов, – сказал Алехо. Он обнял ее, положив ее голову себе на плечо. – Только мы. Все будет хорошо.

Почему-то она в этом сомневалась.

10

Все сначала

– Где Пэрис?

Эшли хлопнула ладонью по стойке регистрации полицейского участка округа Овайхи, чем вывела Бекки Голден из ее обычного радостного состояния.

В девять утра в холле участка было жутко тихо, тишину нарушало только гудение старенького компьютера и холодильника в комнате отдыха.

Мир вращался слишком быстро. После того как Фрэн и Джон отвезли ее домой, она не спала. Это было чудо, что она не разбудила мать своей беспокойной ходьбой туда-сюда.