Чернильные цветы

И сейчас она чувствовала отчаяние и немую ярость оттого, что, как бы она ни пыталась сопротивляться, Толик был сильнее. Его руки крепко держали, он всем телом вжимал ее в стену, не давая пошевелиться.

– Так дашь ответы?

– Ничего я тебе не дам.

– Так уж ничего? – фыркнул парень, ставя колено между ее ног.

– Если ты меня не отпустишь, я напишу на тебя заявление – Лу со стыдом услышала дрожь в своем голосе.

– И кто тебе поверит, а? – издеваясь, спросил Толик. – Все знают, какая ты.

– Эй, у вас тут все в порядке?

Впервые в жизни Лу была рада Кириллу Андрееву.

Сжимая в зубах сигарету, он непонимающе уставился на приятеля и съежившуюся в его руках Лусине. Их взгляды на мгновение встретились, и он был готов поклясться, что в ее серых глазах стояли слезы. Толик отпустил девушку и повернулся к другу.

– Я думал, ты пошел домой, – заметил Толик.

– Нет, у меня есть еще дела. – Кирилл не сводил внимательного взгляда с Лу. Однако, прежде чем он успел что-то спросить, она ушла, точнее, почти убежала.

 – Чего ты ее все время цепляешь?

– А тебе какое дело до этой подстилки? – со злостью спросил парень.

– Да никакого, – пожал плечами Кирилл. – Просто.

– Вот и не лезь, – бросил Толик через плечо и пошел домой.

Кирилл выбросил окурок и уселся на лавочку на детской площадке. Наблюдая, как мальчишки стреляют друг в друга из игрушечных пистолетов, он и не заметил, как рядом с ним присела Роксана. Она закурила и тоже стала смотреть на играющих детей.

– Рассказывай, – попросила она вполне дружелюбно.

– Короче, Евгений Вячеславович спит с Дашей из 11 «Б», – как бы между прочим сказал Кирилл.

– Чего? – Рокса чуть не поперхнулась дымом. – А ты-то откуда знаешь?

– Я тоже с ней спал, – в карих глазах плясали смешинки.

– Боже, не хочу больше никаких подробностей из твоей личной жизни, Андреев, – замахала руками блондинка. – И вообще, этой Даше Евгения Вячеславовича не хватает? Что за дети пошли?

– Роксана Григорьевна, какие дети? Дашке восемнадцать, мне тоже.

Девушка окинула школьника взглядом: высокий, крепкий, с мужественным подбородком, на котором угадывалась сбритая утром щетина. Глаза почти такие же, как у Ромки, только гораздо темнее. И лицо его было совсем не детским, отнюдь. Поставь рядом Рому, и не скажешь, что у них разница в четыре года. А может, просто Рома слишком напоминает ей мальчишку своей открытой улыбкой, которую она, кстати, ни разу не видела в исполнении Кирилла.