Как предать Героя

Беззубик не понимал сути происходящего, но видел, что хозяин расстроен, поэтому ласково уселся Иккингу на голову.

– Не-не расстраивайся, хозяин, Беззубик тут, – напомнил он, съезжая по плечам хозяина и обнимая его за шею крылышками с такой нежностью, что едва не задушил.

Беззубик отчаянно пытался придумать, как бы развеселить Иккинга.

– Хочешь, я шу-шубку надену? – предложил он. – Смотри! Б’бе-беззубик наденет шубку… От этого тебе полегчает…

Он притащил шубку – полуобугленную, поскольку он прятал ее в очаге.

– Так лучше, хозяин? Теперь Б’бе-беззубик ми-ми-милый и не простудится… А-а-апчхи!

Изрядная порция драконьих соплей прилетела Иккингу прямо в лицо.

– У-у-упс! Извини…

– Спасибо, Беззубик, – машинально сказал Иккинг, утирая лицо и подставляя дракончику ладонь. – Теперь мне гораздо лучше.

Мухрюндель угнездился у Иккинга под мышкой и сочувственно пропищал:

– Пощекочи мои именины… пора в ванну… орешки подержи…

Смысла никакого, но Иккинга тронуло, как оба дракона, каждый на свой манер, пытаются его утешить.

Сморкала смотрел, как они все ходят и порхают по пещере, тихие, печальные и напуганные, а снаружи ревет Драконье восстание. Но им еще хорошо – они есть друг у друга. А он тут не вовремя и не к месту, ему отказано в их товариществе – незваный гость, засевший в темном углу.

У Сморкалы был глубокий порез на правой руке и пара-тройка на лице – все от бритвокрыльих крыл. Но никто не собирался помогать ему промыть или забинтовать раны. Ненависть к Сморкале, сгустившаяся в пещере, была так велика и тяжела, что казалось, ее можно потрогать руками.

И драконы, и люди избегали смотреть на него, словно от него воняло. Сморкале пришлось оторвать полосы от собственной рубахи и обмотать ссадины, а гордость заставила притвориться, что не так уж ему и больно.

«Только этот нытик Иккинг дает мне шанс», – обиженно думал Сморкала.

– Никто не хочет наконец помочь мне избавиться от цепи? – протянул он. – А потом я расскажу свою версию истории, и вы вполне можете обнаружить, что я всю дорогу был на вашей стороне…

– Если ты на нашей стороне, где твоя Драконья Печать? – Рыбьеног не утратил враждебности.

 – Покажи ее нам, ты, предатель!

Сморкала спокойно снял шлем и показал лоб, лишенный каких-либо татуировок.

– На мне нет Клейма, – сказал Сморкала, – Но я все-таки на вашей стороне.

– ХА! – фыркнул Рыбьеног, и драконы поддержали его недоверие дымными презрительными усмешками.