Как предать Героя

Твари хватают СТРа Страхолюда и его спутников, взмывают вверх и вверх, высоко в небо, все выше и выше, уносят орущих и извивающихся жертв за облака, в перехватывающий дыхание ледяной холод и пламя верхних слоев атмосферы, и эти люди перестают быть. Они вернутся на землю только пеплом и багровым дождем.

Такова месть Стражей Завтра тем, кто осмелится ступить на их берега без истинных Сокровищ.

Друид-Страж вздыхает и ласково гладит по голове бедного беззубого бегунчика, тихо уверяя его, что все будет хорошо.

Он бормочет про себя:

– Еще два дня… Всего два дня у Героя, чтобы явиться и спасти нас всех.

Страж устало забирается обратно в лодочку. На самом деле он и не ждал, что придет настоящий Герой. Да и с чего бы? Этот ритуал совершается каждый год вот уже девяносто девять лет подряд, но являлись только недостойные. Старик начинает грести обратно к Завтра.

Он будет выкликать Героя, чтобы тот пришел и заявил права на корону, еще два дня. Если Герой не явится на одиннадцатый день, в Канун Солнцеворота, будет слишком поздно.

Правила, установленные Чернобородом сто лет назад, непреложны. Границы Завтра замкнутся снова до следующего года.

А на следующий год будет и правда ПОЗДНО. К тому времени Ярогнев станет слишком силен. Этот год – их единственный шанс.

Герой должен прийти и заявить права на Трон, со всеми Утраченными Сокровищами, на одиннадцатый день Солнцеворота…

…или все потеряно.

Пролог, написанный Иккингом Кровожадным Карасиком III, последним из великих героев-викингов

Все события последних двух книг моих воспоминаний уместились в сорок восемь часов, последние два дня Солнцеворота.

В ту пору мне было четырнадцать лет. Предупреждаю, эти главы самые мрачные и страшные, их было труднее всего писать. Ибо тогда мне пришлось иметь дело и со Стражами-Защитниками Завтра, исполняющими волю Черноборода Оголтелого, и с истинной мощью и злобой дракона Ярогнева.

В то время драконы оказались на грани исчезновения.

В начале этой книги архипелаг охвачен войной. Драконы и люди пытаются уничтожить друг друга, а за мной охотятся и ужасные Мятежные драконы, и ведьма с Элвином Вероломным.

Я оглядываюсь на того бледного, тощего четырнадцатилетнего мальчика, каким я был тогда, и безумно тревожусь за него. Ведь он еще не знает, что ему грозит. Он живет в этой жуткой войне, он уже видел смерть, но ему пока не доводилось терять тех, кого любит.