Как спасти драконов

С таким ветром он поскачет по белым гребешкам волн прямо на остров – только бы лодка не потонула…

Иккинг оттолкнулся от Последнего Приюта, вычерпывая воду, перехлестывавшую через прокушенный борт, и как сумел направил лодку ломаным веслом, которое нашлось в ней, в нужную сторону. Глаза щипало от соли, каждая косточка ныла, а распухшая рука и пальцы на ногах так замерзли, что он их едва чувствовал.

Да уж, это получилось Последнее Испытание в лучшем виде – испытание и сердца, и тела, и разума, и духа.

Иккинг так бесконечно устал, так замерз, так запутался, что какая-то часть его хотела сдаться. Просто лечь на дно лодки, и пусть себе наполняется морской водой и идет ко дну, в тихое мягкое ничто, где больше не будет боли. Но что-то другое внутри его заставляло продолжать вычерпывать воду и вынуждало онемевшую и распухшую руку двигать веслом. Надо добраться до Завтра… Надо добраться до Завтра.

Он толком уже не знал, зачем ему надо на Завтра, но все равно заставлял себя грести, вычерпывать воду, тратя на это жалкие остатки сил.

На полпути через пролив Иккинг слегка приободрился. Может, у него все-таки получится. Может, все-таки не сдует с курса…

Но тут он глянул в небо менее опухшим глазом и, благо туман как раз разошелся на миг, увидел небольшую драконью армию, летящую к нему со стороны Душегубских гор. Затем туман сомкнулся и скрыл их.

«Клинозавры. Вертокруты. Адозубы, – услужливо подсказала память. – Вооружены отравляющими газами, выкручивающими конечности языками и телескопическими челюстями».

Видимо, пескакулы рассказали Ярогневу, где искать беглеца, и Ярогнев послал новых драконов убить его.

Иккинг столько знал про драконов, что заметил скорость полета каждого в стае и уже высчитал, что они перехватят его до того, как он ступит на берег Завтра, такой дразняще близкий теперь. Как ему отбиться от этих драконов, в одиночку, без оружия?

И тут оказалось, что по крайней мере один из драконов гораздо ближе, чем Иккинг думал. Послышался смутный гул, и нечто спикировало к нему прямо из тумана.

Иккинг едва успел распластаться на дне лодки, чтобы его не смело.

Тор всемогущий! Это еще что такое?

Что бы это ни было, оно могло похвастаться идеальной маскировкой, практически невидимостью. Но когда оно уходило вверх, хамелеонье тело медленно сменило точно совпадавший с фоном оттенок мглистого неба на свой природный цвет – захватывающий оттенок морской волны.

Это был смертень, и притом трехглавый.