Школа ворожбы и кудеснических искусств Лукоморье. Ватага Усатого Солнца

– Проходи милая!. Какая же ты красивая, златовласая!. У меня тут всё найдётся, что нужно тебе. Чародейка посмотрела на Ягу своими разноцветными глазами,– один был карий, другой голубой, и немного сгорбившись, пригласила войти в свой шатёр.

– Все нужные товары у меня в сундуке!. Тут на прилавке так!, так что ты не смущайся заходи, в шатре нас никто не побеспокоит. Чародейка посмотрела по сторонам и пропустив Ягу вперёд, зашла в шатёр, в след за ней. Она взмахнула своей кривой волшебной палочкой и прилавок заехал внутрь шатра, а вход наглухо зашился чёрными нитями.

Чародейка была одета в плащ,– цвета болотной травы, через плечо была перекинута коричневая кожаная сумка, её седые пышные волосы были собраны на затылке в пучок. На груди у неё висел оберег,– змеиный глаз,– который то и дело смотрел по сторонам.

Яга осмотрелась в просторном шатре,– на полу которого была расстелена волчья шкура, а вдоль него было развешано множество всего того, что продавалось на этом рынке и задала свой вопрос чародейке:

– Могильный-Бадняк есть у тебя? А то, что то я его ни у кого не вижу.

– А, вон оно как!, а я то думала, что же ты можешь искать у нас, такого. Чародейка сверкнула своими стальными зубами и направилась к большому сундуку. Что-то прошептав в замочную скважину, она достала ключ из сумки и открыв сундук, достала из него обожжённую кору дерева, на которой рос желтоватого цвета мох.

– Вот он! На рынке только у меня и есть!.

Глаза Яги сверкнули при виде этой коры дерева и она спросила его цену.

– Три дублия! Обозначила цену чародейка.

– Три дублия!? За Могильный-Бадняк!? У вас тут что у всех, происходит вообще?. Яга от возмущения вынула руки из карманов плаща и уперлась ими в свои бока.

– Три дублия милочка!, за меньшее и не отдам!. Выждав небольшую паузу болотная чародейка прояснила ситуацию: – Тут видишь ли в чём дело! Уж как пару лун тому назад, один лиходей проклятущий,– с ссыльных краёв, повздорив в корчме с местными, решил их проучить. Ну и побрёл он значит на дальние кладбище, то что у границ болот смердящих и там, тьфу, чтоб ему пусто было, решил навьё призвать, окаянный!.

Ну надо отметить, что сил то и умения у него призвать хватило, а вот управлять им, нет!. Некромант эдакий!.

Чародейка оскалив все свои стальные зубы и протянув руки к Яге продолжила свой рассказ:

– Выдрало значит, сердце навьё, из груди, лиходея этого плешивого и пожрало. А потроха его, потом вурдалаки да стрыги по всему кладбищу растащили.