Один из нас

Ему просто не повезло родиться на свет.

Скамья застонала под опустившейся на него тушей Мозга. Учителя говорили, что он появился на свет, когда лев изнасиловал гориллу. Его звероподобной внешности, впрочем, противоречили маленькие изящные руки и глаза, где горел неожиданный огонек ума.

Но, по-видимому, в нем тоже не нашли ничего особенного. Правительство не забрало Мозга, который был умнейшим из всех, кого он знал. Пес мог быстро бегать – быстрее, чем Мозг, может быть, быстрее любого из живущих на земле людей, – однако Бюро ставило планку слишком высоко даже для них.

Следующими появились Уолли и Мэри. Взяв подносы с завтраком, они уселись на свои обычные места. Эти-то уж точно никуда не делись, и неудивительно. Уолли представлял собой просто большой колышущийся мешок, едва способный разговаривать. Мэри была чахлая, невзрачная девчушка с лицом слабоумной. Она единственная из детей не получила никакого прозвища.

Иногда Пес сомневался в том, что она действительно была больной, а не просто умственно отсталой.

Мозг говорил, что, возможно, нормалы пихают в Дома всех, с кем не хотят иметь дело. Все, кого они отвергают, оказываются здесь – от детей до учителей. Мозг с Псом присматривали за девочкой и следили, чтобы с ней ничего не случилось.

– Ты видел Болвана? – спросил Пес.

– Его забрали ночью, после того как выключили свет, – ответил Мозг.

– Забрали? Куда?

– Не знаю, Пес.

– Человек из Бюро говорил о каком-то особенном месте…

– Я ведь предупреждал его, чтобы держал язык за зубами! – сказал Мозг.

– Ты будешь следующим, – отозвался Пес, злясь на то, что Мозг сумел исхитриться сделать так, чтобы его не забрали. – Ты-то всегда знаешь, что сказать. Думаешь, ты такой уж…

Пес остановился. Он сам не понимал, за что нападает на Мозга. Просто он был очень зол. Он боялся, что правительство заберет всех его друзей и он окажется один. Покинутый всеми. Останется в Доме до конца дней своих – единственный из всех, в ком не оказалось ничего особенного.

Доброе лицо Мозга окаменело от нежданной обиды.

– Прости, – сказал ему Пес. – Я не хотел ничего такого.

– Мне хватает ума, чтобы промолчать, когда это необходимо. А Болвану не хватило.

Одним из первых воспоминаний Пса было, как Мозг допрашивал его после того, как Бюро послало к ним очередного агента для проверки детей. «Расскажи, что у вас произошло, – требовал четырехлетний Мозг. – Что он спрашивал, что ты ответил.