Один из нас

Так что, теперь я получу шляпу?

– Скоро получишь… На вот, можешь доесть всю мою картошку… Надо сказать, ты очень необычный молодой человек. Необычный в том смысле, что никто в мире не может делать того, что делаешь ты.

– Наверное, это здорово.

– А если ты будешь слушать запись? Сможешь повторить свой фокус?

– В смысле, как если бы я слушал песню или смотрел кино?

– Совершенно верно.

– Да, так я тоже могу, – сообщил Болван.

Агент затянулся и выпустил новый клуб дыма.

– Допустим, что песню передают по радио и сигнал на несколько секунд прерывается? Ты сможешь сказать, какие были слова в том месте, где слышны только шумы?

– Наверное.

– А если, например, я начну говорить о чем-нибудь узкоспециальном, используя множество терминов, которых ты не понимаешь? Ты по-прежнему сможешь их прочитать? Или, например, если я буду говорить по-русски? Или на другом незнакомом тебе языке?

Болван пожал плечами.

– Про это тоже не могу сказать.

Шеклтон затушил сигарету в пепельнице на своем столе. Встал, подошел к вмонтированному в стену телефону. В его голове уже проигрывались возможности применения такой способности, которые стоило бы проверить, главным образом в области разведки. Надеть на парнишку наушники – и, может быть, он сможет записывать для них разговоры на русском! Заполнять пробелы в существующих записях. Может быть, даже пересказывать разговоры в реальном времени, просто наблюдая за собеседниками в бинокль.

Сняв трубку, он набрал номер и попросил кого-нибудь из лабораторных специалистов спуститься к ним во второй кабинет. Уголком глаза он заметил, как чудик стащил со стола авторучку и намалевал на своем подбородке два мультяшных глаза. Невероятно! Покончив с этим, парень принялся запихивать чизбургер в дыру посреди своего странного перевернутого лица.

– Как бы ты посмотрел на то, чтобы стать секретным агентом? – спросил его Шеклтон.

– Вы серьезно? – спросил парень с набитыми щеками.

– Серьезнее не бывает.

– Я поверю в это, только когда увижу мою шляпу.

– Будет тебе хоть десять шляп, если захочешь, – пообещал Шеклтон.

– Только чтоб фетровая! А домой я когда-нибудь вернусь?

– Тебе придется остаться здесь на долгое время…

– …пока мы не закончим тестирование. Понятно. Так это все-таки тюрьма или нет?

Шеклтон вернулся к своему стулу, уселся и скрестил лодыжки на поверхности стола.

– Нет. Это не тюрьма.