Один из нас

– Что я вам говорила насчет развязного поведения? Вы пьяны, мистер Гейнс!

– Как я уже сказал, сегодня воскресенье. Хочешь пива?

– Держите себя прилично!

– А знаешь что я думаю? Я думаю, что твой папа вообще никуда тебя не посылал.

– Мы всегда можем спросить его самого и послушать, что он ответит.

– Спорим, твой папа даже не знает, что ты здесь.

Он шагнул к ней, и Салли отпрянула.

– Держитесь от меня подальше!

– А что мне будет?

– Только попробуйте до меня дотронуться! Думаете, папа вас убьет? Нет, это сделаю я! Мое лицо будет последним, что вы увидите.

Учитель запрокинул голову и расхохотался.

– Оно того стоит! У вас на ферме столько белокурых милашек, но ты единственная девчонка, за которую стоит подраться!

– В такую драку вам лучше не ввязываться, поверьте мне.

– Ты девчонка с характером, вот только мозги у тебя набекрень. Ты не позволяешь мужчине сделать тебе комплимент, а к этим кукукнутым неровно дышишь. Чего-то я здесь не понимаю.

– Почему вы их так называете? Они ведь не сумасшедшие.

– Я говорил о птичках. Тех самых, которые откладывают яйца в чужие гнезда. Их детеныши вылупляются и отбирают еду у законных птенцов. Заставляют их родителей себя кормить.

– Как отвратительно вы о них думаете.

– А ты что, считаешь, они святые? В них святости не больше, чем во мне, даже если я постараюсь. И не больше, чем в тебе – там, внутри. Когда ты лежишь одна в постели в жаркую ночь… Да, я вижу, ты пришла сюда не для того, чтобы повидать каких-то там чудиков.

Он сделал еще один шаг по направлению к ней.

– Держитесь от меня подальше, – предупредила она.

– Я знаю, чего тебе надо, – проговорил мистер Гейнс. – Может, пройдем за дом, чтобы поговорить обстоятельно?

Вся наигранная смелость слетела с Салли от одной возможности того, что он будет лежать на ней сверху, вдавливая ее в грязь. Втискивая себя между ее ног, дыша в ее лицо кислым пивом. Вынуждая ее принять в себя его семя, может быть, кишащее бациллами. Крошечные червячки внутри ее тела, дающие начало чудовищному ребенку, который будет жить в этом же доме…

Она бросилась бежать.

Заросший двор плыл в ее глазах. В ушах грохотало и ревело. Что-то пряталось среди деревьев. Издевательский хохот мистера Гейнса сопровождал ее на всем пути до окружного шоссе.

Он с восхищением смотрел ей вслед. Она стремглав неслась через двор, светлые волосы летели по ветру, под тоненьким платьем сокращались упругие мышцы. Мелькали голые ноги.