Истинное «наказание» для трех волков

Что он сейчас сделает с ней? Нападет? Оголит клыки, вцепится в ее горло зубами, выпьет ее кровь? Оборотни вообще пьют кровь? Наверное, она путает с вампирами.

Пока она крутила все эти дурацкие мысли в голове, альфа наклонился к ее лицу и повел носом, принюхиваясь.

– Ты точно долбанутая, – заявил он, прищурившись.

Тело его было так близко, что Лидия могла чувствовать его жар сквозь слои его и своей одежды.

– Что? – спросила она. Почему-то во рту пересохло.

– От тебя даже страхом не пахнет.

– А чем пахнет? – спросила она.

Оборотень наклонил голову.

– Возбуждением.

Разумеется, это было полной чушью.

Лидия любила Чарли. Безумно, до сумасшествия любила.

Но эта луна, этот лес, и этот альфа, как три всадника ее собственного конца, действовали на нее каким-то чудовищным образом. Лидия ощущала себя слабой… Но одновременно такой сильной, что кровь закипала в венах. Она чувствовала, как ее сердце колотится, а реальность куда-то уплывает, ноги становятся ватными, и прикосновение чужих пальцев к руке уже не кажется неприятным, наоборот… Хочется, чтобы эти пальцы касались еще и еще.

Альфа нахмурился, всматриваясь в лицо Лидии, в ее глаза.

– Что это за хренотень происходит? – спросил он злобно. Как будто во всем была виновата она.

Лидия на секунду прикрыла глаза, а когда открыла – их лица с оборотнем были так близко друг к другу. Она видела, как краешек луны отражается в его глазах. Радужка блеснула красным, а потом снова стала пепельно-серой.

Лидия подняла руку и зачем-то коснулась пальцами ее лица.

Оборотень перехватил ее запястье, с силой сжимая. Ей было больно. Но боль была ничем, по сравнению с тем, как тепло было коже от его прикосновений…

Полнолуние… Сумасшествие.

Оборотень зарычал в ее лицо, и хорошо было бы испугаться, но Лидия почувствовала лишь приятные мурашки, ползущие по коже. Она никогда прежде не чувствовала такого сильного сексуального желания. Да, глядя на Чарли, она представляла, как они однажды займутся сексом, как лягут в одну постель и, раздевшись, будут ласкать друг друга до самого утра.

Иногда, мечтая об этом, она пихала руку в трусики, раздвигала складочки половых губ и трогала себя, не проникая внутрь. Трогала, пока сильный оргазм не накрывал ее с головой. Ей приходилось даже затыкать себе рот ладонью, чтобы не закричать.

Сейчас же это было что-то новое.

Впервые в жизни мужчина был так близко к ней, он дышал в ее губы своим губами.