Граница сизых сумерек

Мы так же знаем, что за ним остался небольшой долг, который не перекрывается тем фактом, что он умер. Долг этот передаётся по наследству. А так как Артём ещё слишком юн для его выплаты нам, обязанность эта ложится на твои плечи.

– Что за долг?

– Это не твоё дело. Твоё дело – выплатить его.

На экране Алеся выходила из подъезда.

– Шестьсот пятьдесят тысяч рублей. Долг должен быть уплачен до конца лета, – мужчина говорил твёрдо и уверено, в его формулировке это был неоспоримый факт.

– Я не работаю, у меня нет таких денег, я…

– Ты найдёшь способ, – перебил он.

 – Иначе вероятность того, что твои близкие пострадают, будет стремиться к единице.

Я понимал, что такое вероятное событие, потому что был хорош в математике. Я неотрывно следил за экраном ноутбука и видел, как за Алесей увязался какой-то мужик. Он шёл всего в шаге от неё, на расстоянии вытянутой руки. Мужчина в машине скомандовал что-то по сотовому телефону, то ли не по-русски, то ли просто какой-то специальной фразой, и на экране, прямо перед Алесей, появился ещё один мужик.

Она оказалась зажата между ними в арке дома.

– Что они делают? – я дёрнул ручку на двери, чтобы броситься на помощь Алесе, но машина оказалась заперта.

– Ты всё равно не успеешь. Пока бежишь, её уже успеют изнасиловать. Помни об этом, когда будешь собирать мне деньги для еженедельной выплаты.

Мужчина снова что-то скомандовал в телефон, и я собственными глазами увидел на экране, как Алеся вышла из арки одна. Жива и невредима.

– Ты парень молодой, симпатичный.

Твоя жопа нынче на рынке нормально стоит, – сказал мужчина, закрывая ноутбук. – А не захочешь свою выставлять – мы твою подругу заберём и продадим. Выбирай сам.

Я не знал, что мне делать, не мог даже сглотнуть от страха. В голове были только мысли о том, что это чей-то розыгрыш. Что это не правда. Что мне всё показалось, что я не так всё понял. Прежде чем я успел подумать о том, как заявить в полицию об угрозах близкому человеку, мужчина в сером сказал:

– И не думай в полицию идти.

Они все под нами ходят, а если я узнаю, что ты к кому-то обратился, считай, у тебя младший брат без пальцев остался. Понял?

Я не нашёлся, что сказать, и просто кивнул.

– Я не слышу. Ты понял?! – заорал он.

– Да. Шестьсот пятьдесят тысяч до конца лета. Еженедельный платёж.

– Хороший мальчик.

Тогда я ещё не знал, но эта фраза отныне станет моей пощёчиной.

Он кинул мне визитку:

– Через неделю первый платёж отнесёшь сюда.