История о магии

Интересно, узнают ли остальные правду о ней? Может, ее одноклассницы почувствуют магию, как другие ее отличия? Нельзя ли как-нибудь скрыть способности? Или они проявят себя внезапно и разоблачат ее? А если так случится, то даст ли это право отцу отречься от нее и отослать ее из дома навсегда? Опасности поджидали на каждом шагу.

* * *

– У тебя все хорошо, Бристал? – спросил у нее Барри как-то раз перед завтраком.

– Да, – быстро ответила Бристал. – Почему… почему спрашиваешь?

– Просто так, – с улыбкой сказал брат.

 – Ты в последнее как будто чем-то обеспокоена. И я заметил, что ты стала проводить в приюте меньше времени. Не хочешь об этом поговорить?

– О, я решила сделать перерыв, – сказала Бристал. – Там кое-что случилось… ничего серьезного, правда, но я подумала, что лучше на какое-то время отстраниться. Мне надо поразмышлять о всяком и понять, как быть дальше.

– Понять, как быть дальше? – переспросил Барри с тревогой. – Так, лучше расскажи, в чем дело, а то придется додумывать самому.

От усталости и постоянного беспокойства у Бристал не было сил притворяться, поэтому она рассказала брату историю, близкую к правде.

– Недавно я кое-что узнала о себе, и мне довольно сложно с этим смириться, – сказала Бристал.

– И что же это?

– Ну, я… кажется, мне больше не нравится благотворительность.

Барри очень удивился признанию сестры.

– Ты сама не своя, потому что тебе больше не нравится заниматься благотворительностью? – уточнил он.

– Что ж, да. – Бристал пожала плечами.

 – И, откровенно говоря, я не думаю, что у меня получится это долго скрывать. И теперь, когда я сама это знаю, другие наверняка тоже обо всем узнают. И мне страшно от того, что может случиться, если правда выплывет наружу.

– Правда выплывет наружу? Но, Бристал, не любить благотворительность – не преступление. Это дело вкуса.

– Знаю, но все же это можно расценивать как преступление. Люди очень жестоки к тем, кто не любит благотворительность, но это огромное недопонимание.

Общество считает, что, если ты не любишь благотворительность, значит ты злой, но на самом деле это совершенно разные вещи! Ох, Барри, как бы мне хотелось объяснить тебе эту разницу, ведь это невероятно! Никогда еще мы так не заблуждались!

Увидев выражение лица брата, Бристал подумала, что, пожалуй, стоило рассказать ему правду, тогда он не выглядел бы таким обеспокоенным. Барри казалось, будто она на грани нервного срыва, и, честно говоря, она была к этому близка.